Я распахиваю от неожиданности глаза так широко, как никогда прежде, и цепенею на несколько секунд, а после в возмущении смотрю на Сашу, который недовольно приподнимает бровь, застыв с карандашом над бумагой.
— Совести у тебя никакой, Саша, — голос у меня дрожит низкой хрипотцой. — Мы в разводе, а ты тут…
— Что? — он щурится.
— Ты сам прекрасно знаешь, что, — медленно выдыхаю и встаю. — Я…я… у меня нет слов!
Подхватываю рюкзак с вещами сына и торопливо шагаю к детской площадке:
— Денис! Нам пора!
Денис ловко спрыгивает с низкой перекладины, бежит ко мне, обнимает, и я сдавленно отзываюсь:
— Иди с папой попрощайся и поехали домой.
Наблюдаю, как Денис и Саша о чем-то говорят, как обнимаются и с печалью смотрят друг на друга, не желая разбегаться. Нервничаю и злюсь на себя за минутную слабость. Все-таки вывел из себя.
У машины оборачиваюсь. Наши взгляды с Сашей встречаются, и я опять вспыхиваю румянцем. Ночами, гад, рисует. Иди к потаскухам, художник!
— Мам, — Дениска отвлекает меня от сумбурных мыслей, и я удивляюсь тому, что я уже сижу за рулем.
— Вы с папой поссорились?
— Нет, — пристегиваюсь и приглаживаю волосы. — Твой папа решил художником стать…
— Да, и у него неплохо получается, — Денис кивает. — Мы вот вчера с ним целый вечер рисовали.
И тут я вспоминаю, что я хотела с Сашей обсудить очень важный вопрос, а он меня взял и сбил с толка. Глухо рычу, сжимаю руль, и Денис испуганно шепчет.
— Нам нельзя рисовать?
— Нет, — оглядываюсь с неловкой улыбкой. — Нет, милый. Можно.
Я забыла папе кое-что сказать. Посиди, а?
— Ладно, — Денис медленно кивает. — Посижу.
Выскакиваю из машины и зло шагаю к Саше, который опять увлекся карандашом и скетчбуком.
— Так, — сажусь и сжимаю кулаки. — Нам надо Денису сказать, что… у него будет братик или сестричка. Ты ему еще не говорил?
— Нет, — закрывает скетчбук. — А стоило?
— Нет, — откидываю волосы за плечи. — ну то есть… сказать надо, конечно… но когда? И как он отреагирует?
— Наверное, надо сказать, когда живот немного округлится?
— Это еще одна травма? — в растерянности смотрю на Сашу.
— Это же… у него же там кризис впереди. Там же школа маячит… Саша, ну вот ты отличное время подгадал, когда меня осчастливить! Ты бы уже как-нибудь постарался… Либо любовница, либо беременность, в самом деле!
— Мне тебе нечего ответить на твою претензию, Ева, — он устало вздыхает.
— Вот именно! — встаю и поскрипываю зубами. — Тебе нечего ответить! — сжимаю переносицу и вновь смотрю на него.
