Маша ковыряет вилкой в тарелке, словно чувствует, что что-то не так. Обычно она рассказывает, как прошел день, и смеется, играя с едой, но сейчас она просто смотрит вниз, словно боится нарушить эту гнетущую тишину.
— Ты не кушаешь, мама? — её детский голосок вытаскивает меня из тумана мыслей.
— Нет, солнышко. Ешь ты, а я потом, — отвечаю, прикладывая усилия, чтобы голос звучал ровно.
Мы заканчиваем ужин, почти не поднимая глаз. Я поднимаюсь, убираю со стола и направляюсь в гостиную, чтобы не видеть его и не расплакаться.
Позже Андрей уводит Машу наверх. Я слышу его шаги по лестнице, его голос, такой тихий, когда он читает ей сказку на ночь. Маша просит ещё одну главу, но он тихо объясняет, что пора спать. Звук их голосов постепенно затихает, и в этом моменте я решаю: дальше так нельзя. Собрав в себе последние силы, поднимаюсь в спальню. Достаю чемодан и раскладываю его на кровати.
Руки дрожат, когда я начинаю складывать вещи. Каждая вещь в этом шкафу о чем-то мне напоминает. Платье, которое я надела на нашу годовщину, свитер, который мы купали для семейной фотосессии на прошлое Рождество… Всё это теперь кажется чужим.
Я бросаю их в чемодан, не стараясь даже сложить аккуратно. Горло сжимает так сильно, что кажется, я больше не смогу дышать.
Он входит в спальню, когда я только закрываю чемодан. Стоит у двери, молча, и некоторое время просто смотрит, как я пытаюсь удержаться на краю. Ему не нужно задавать вопросов — он видит решение на моем лице.
— Ты правда собираешься уехать? — шёпотом спрашивает он.
Я сжимаю губы, чтобы не сорваться.
— Ты оставил мне выбор? — так же шепотом спрашиваю я, не глядя на него, чтобы не видеть, как он ищет оправдания.
Он тяжело выдыхает, подходит ближе, но я отступаю. Между нами образуется невидимая трещина.
— Как ты мог, Андрей? Ты изменил мне! — срываюсь на слезы, обнимая себя руками. — Всё! Я подаю на развод!
Мой муж лишь усмехается.
— Не говори ерунды. Какой развод. Я тебе его не дам, — совершенно спокойно отвечает муж.
— Я не смогу с тобой жить после этого, — шепчу одними губами.
— Насть, Света для меня – ничто. Я только тебя люблю. Тебя и Машу, — он смотрит на меня так, будто бы ничего не произошло.
— Но ты спишь с ней!
— И что? — безразлично пожимает плечами. — Мне же нужно как-то снимать напряжение во время рабочего дня.
— В смысле? — вспыхиваю я и тут же себя осекаю, потому что за стеной спит наша дочь. — Так, ходи в туалет и снимай его там!
— Я не прыщавый подросток.
