Было в нём что-то загадочное и непонятное. И вся эта буря внутри – то холодно, то жарко, то в дрожь кинет, то сожмётся всё внутри – пугала меня. Я не понимала и не могла разобраться, чем таким он тянул к себе.
Я думала о нём. Не постоянно, но часто.
– Я не сдамся, – произнесла вслух и занялась подсчётами.
Что ни говори, а жизнь с Вадимом меня избаловала. Я могла бы составить сейчас длинный список бранных слов в его адрес, но одно знала точно: я ни в чём не знала отказа (если дело касалось меня лично), никогда не считала копейки, как сейчас, и не планировала свой бюджет в рамках жёсткой экономии.
В моей жизни бывали разные периоды. Но и всегда находилось плечо, на которое можно опереться.
Я могла позвонить родителям. Братьям. И нашла бы поддержку. Материальную – в том числе. Но в двадцать пять как-то неловко снова припадать к родительскому плечу. Это самый крайний случай.
Чтобы просить, нужно поделиться. Рассказать, что моё замужество закончилось, и я осталась у разбитого корыта: без квартиры, без поддержки, без денег, без ребёнка.
Рассказать, что муж мне изменил и поднял на меня руку.
Кто-то назвал бы меня дурой. Но я не хотела рассказывать о проблемах, ныть, жаловаться, выворачивать душу наизнанку.
То, что со мной нянчились подруга и поневоле – Рейнер, жгло самолюбие. Я чувствовала себя голой и беззащитной.
Я не хотела чувствовать себя жертвой – и чувствовала. Может, именно поэтому не желала, чтобы жалели и помогали. Я так и видела жалостливый мамин взгляд. Хмурые брови отца.
Кровожадные лица братьев, которые бы наверняка захотели наподдать Вадиму.
Андрей бы его точно закатал в асфальт. Старший брат вообще не отличался дипломатичностью. Внешне спокойный и даже флегматичный, он обладал взрывным характером, что вспыхивал внезапно и до небес. И тогда случались всякие катаклизмы.
Нет. Я не желала, чтобы вся семья втянулась в мои проблемы."
"Мы созванивались пару раз в неделю. И я даже не заикнулась, что в моей жизни произошли перемены.
Сообщу потом, когда всё разрешится.
Поставлю перед фактом – и бурю пронесёт мимо. Поволнуются, поахают – и всё успокоится.
Глава 25-2
Я вдруг поняла, что жизнь не остановилась. И что я вполне смогу выкрутиться, живя по средствам.
Я вела подсчёты с блокнотом в руках. Составила план, расписала бюджет, разложила деньги по кучкам, приплюсовала то, что осталось на рабочей карте. В очень крайнем случае можно влезть в кредитку.
Эти простые действия успокаивали. Ушли паника и растерянность.
