Измена. Тайная дочь мужа

А ее к шести годам так никто и не научил этому.

- Это все мне, или вы тоже есть будете? - несмело спрашивает Карина и косится то на тарелку, то на меня.

Вот это вопрос. Неужели ее нормально не кормили даже с денег Леши? Хотя, о чем это я? Конечно, не кормили. Не ребенок, а кожа да кости. И все ведь из знакомой мне оперы про нехватку денег на продукты, ведь нужно для мамы купить очередную бутылку, или что похуже.

- Все тебе. Ешь, - дрогнувшим голосом произношу я и спешно покидаю кухню.

Не могу долго находиться рядом с ней - слишком тяжело.

Я будто вижу в этой девочке свое отражение. Знаю, как ей тяжело, больно и страшно. Знаю, как сильно она нуждается в чьей-то помощи. И я хочу ей помочь, но пока не понимаю, как это сделать. Рядом с ней я начинаю ощущать себя такой же беспомощной девочкой, какой и была тридцать с лишним лет назад.

Все дело именно в этом. И вовсе не в том, что она дочь любовницы моего мужа. Леша сообщил мне об этом, и я сохранила эту информация в памяти, но пока вообще еще никак не восприняла.

То ли это защитная реакция, то ли шок… Но пока нет никакого эмоционального отклика к измене мужа. Испытываю только удивление от необдуманности его действий и животный страх за ребенка.

Опускаюсь на диван и прячу лицо в ладонях.

- Кать, ты как? - Леша садится рядом и гладит меня по спине.

- А как должно быть? - отстраняю руки от лица и смотрю на мужа. - Как? Скажи мне! Потому что я пока ничего не понимаю.

- Понимаю, Катюш. Я таких дел натворил, что теперь не знаю, как расхлебать.

По всем фронтам накосячил. Но я все исправлю, слышишь? Все будет хорошо, обещаю.

- Для кого хорошо? - с горечью усмехаюсь. - Не будет уже ничего хорошо. Ты открыл ящик Пандоры, и уже ничего не исправишь.

- А я все же постараюсь, - выдыхает он и обнимает меня за плечи, но я отползаю от него в дальний угол дивана.

- Все, что ты теперь можешь сделать, так это вылечить свою Лизу и вернуть дочь нормальной матери. Вот о них и думай теперь, а я… Я как-нибудь сама позабочусь о себе и своем ребенке.

- О нашем ребенке, - поправляет меня муж. - И от вас я никуда не денусь. Мои девочки всегда будут со мной, под моей защитой.

- У тебя теперь есть другие девочки, о которых надо заботиться, - протягиваю я и смотрю на семейное фото, что висит на стене. - Мы ведь были хорошей и счастливой семьей, Леш. Как же ты мог предать меня в самый трудный момент?

- Я уже сказал тебе все по этому поводу. Мне больше добавить нечего.