Измена. Терапия любви

Поэтому сейчас мне нужно было включить все свои ресурсы, использовать все свои знания и опыт, чтобы дать шанс этому маленькому человечку на жизнь в этом мире.

Профессор Троицкий был прав, когда сказал, что в его клинике работают лучшие. Такого слаженного коллектива я не видела нигде. Сейчас работали акушеры-гинекологи, неонатологи, хирурги, дежурили реаниматологи и мы, кардиологи.

И всё было настолько слаженно, словно часовой механизм. Поэтому малыш был просто обязан выжить в данной ситуации…

Я не знаю, сколько прошло времени, но мы смогли это сделать.

Мы спасли жизнь этому маленькому крошечному человечку весом всего два килограмма. И пусть он сейчас находился в реанимации под наблюдением неонатологов, но он жил, он дышал, а его сердечко отмеряло удары его первых минут жизни вне утробы матери.

Пока я была на операции, я отключила чувства, но когда всё закончилось, я ушла к себе в кабинет и разрыдалась.

А в моей памяти до сих пор стояло выражение лица матери малыша и его мольбы спасти её ребёнка.

Я закрыла дверь, опустилась на пол и заплакала. Мне сейчас было это просто необходимо, чтобы выпустить из себя все, что произошло сегодня.

Именно в таком состоянии меня и застал Варламов.

Увидев, что я сижу на полу, он подскочил ко мне и, подняв, обнял, крепко прижав к себе.

— Ну, ты чего? — спустя какое-то время спросил он, взяв моё мокрое от слёз лицо в свои сильные ладони. — Мы его спасли! Ты его спасла! Слышишь? Ты его спасла! — успокаивал меня Костя.

 — Ты настоящий профессионал, ты врач от Бога, и я очень рад, что ты теперь в нашей команде. Рита, то, что девочка жива, только твоя заслуга! — успокаивал меня он.

Как я сейчас была благодарна Косте за поддержку! Потому что она мне сейчас была жизненно необходима. Потому что после разговора с отцом, потом с Костей, плюс эта операция напрочь выбили меня из колеи. И у меня больше не было сил держать всё в себе. Я просто устала быть сильной! Устала бороться с отцом, потому что бороться с ним, всё равно, что против течения плыть.

— Как рука? — спросил Варламов, усадив меня на диван.

— Не знаю. — Пожала плечами я. — Я о ней даже забыла.

— Но синяк он тебе всё-таки оставил. — Осматривая моё запястье, пришёл к выводу Костя. — А вообще я поражаюсь твоей выдержке, ты настоящий профессионал. Не каждый сможет вот так вот после всего, что тебе сегодня пришлось пережить, провести такую сложную операцию.