С работой, да и ты совсем маленькая…
Она замолкает, а по моей грудной клетке тупая боль растекается. Ноет, разрывает на части. Перед глазами совершенно некстати проносятся детские воспоминания.
Требуется немного времени, чтобы в чувства прийти и собраться с мыслями.
— Моему отцу ты не посчитала нужным о сыне говорить. От меня скрыли, что я тебе не родная… По-твоему, это нормально?
— Мы с Сашей считали, что для тебя так будет лучше.
С сомнением смотрю на нее.
— Настолько лучше, что твой Ярик решил меня заказать? Ты сама понимаешь, насколько твои слова абсурдны?
— Мой Ярик не мог, — с безапелляционной уверенностью заявляет, и мне становится смешно.
— Он бы не стал так со мной поступать. К тому же он нашел меня полгода назад, а с тобой несчастья только сейчас начали происходить.
Она ведь придуривается, правда?! Я не верю в такую слепую наивность.
— Его оклеветали. Максим, ну скажи ты им!"
"Я дергаюсь, будто бы пощечину получая.
Что здесь вообще творится? Чего ещё я не знаю?
Максим, как назло, выдерживает паузу, а после не к маме обращается, а ко мне:
— Жень, прости.
Я однажды заехал к теще и застал этого козла у нее дома. Блд, прости… — нервно ерошит пятерней волосы. — Я тогда узнал, что он твой брат. Думал, единокровный, но не придал этому значения.
Глава 34
Глава 34
Я начинаю понимать, почему Владислав организовал эту встречу именно в стенах больницы. Это ведь он постарался?! Судя по настрою моей, как оказалось, мачехи, да и мужа, желания делиться своими тайнами у них было немного.
Нетрудно догадаться, каким образом и кто подтолкнул их к этому разговору.
Надо признать, методы у Молотова действенные.
Однако мне от этого не легче. С трудом удерживаюсь от того, чтобы не послать эту парочку к чертовой матери и не попросить Андрея выставить их за дверь. Желание узнать правду удерживает от грубости.
— Макс, мы с тобой позже поговорим, — обращаюсь к мужу.
Напустив на лицо побольше скорби, он кивает.
В последнее время он удивляет меня всё больше и больше.
Остается диву даваться, как просто у него все складывается. Не рассказал о внебрачном сыне, потому что не хотел расстраивать. Не рассказал о якобы брате, потому что не придал значения. Есть ещё что-то, чего я не знаю из-за его «добрых» побуждений?!
Максим никогда не был дураком, и я ни за что не поверю, что он мог им так резко стать, а значит, во всем этом бардаке муж отталкивался от своих интересов.
Грош цена его признаниям и извинениям.
