С Максима взята подписка о невыезде. Мне намекнули, что при желании его можно задержать, но пока они этого не делают. Хотят понаблюдать за ним какое-то время. Проверяют все контакты и мужа, и его заместителя, который, к слову сказать, как сквозь землю провалился.
Вот так вот… Одна излишне осведомленная барышня решила взбрыкнуть, и жизнь целой семьи полетело к чертям собачьим.
Дело ведь не только во мне. Максу теперь тоже нечем похвастаться. Да, денег у него предостаточно, на несколько жизней хватит — и то это пока что.
А вот во всем остальном… Семьи и должности лишился, да и свободы, возможно, не станет в скором времени.
Язык так и чешется спросить у него, как оно? Нравится ли итог якобы «случайного» траха на стороне?!
Я знаю, насколько мужу важен статус, образ успешного человека. Уверена, он сейчас волосы на себе во всех доступных местах рвет от отчаяния.
Друг отца меня уже ждет, и в приемной ждать не приходится.
— Женя, проходи, — взмахом руки приглашает пройти в кабинет.
Вижу в его глазах неподдельное беспокойство.
Внутри ощущаю всплеск противоречивых чувств, но вида не подаю. Я тоже с теплотой отношусь к друзьям сына, выросшим у меня на глазах.
Егор был вхож в нашу семью всегда, сколько себя помню…
Меня вдруг озаряет.
Успев сделать несколько шагов, я резко останавливаюсь и заглядываю ему в глаза."
"— Егор Тимофеевич, Вы ведь с армии были знакомы с отцом? Ещё до моего рождения? — с легкой долей нетерпения уточняю.
Многие не поймут, но даже дела банка для меня неважны настолько, как семейные тайны.
Не перестаю думать о них.
— Проходи, — поторапливает.
Когда мы оказываемся вдвоем в кабинете, он щелкает дверным замком.
— Это помещение на наличие прослушки каждый день проверяется, — обводит руками пространство. — Предпочитаю не обсуждать важные вещи в других местах. И да, Женя, я в курсе, что ты попросила узнать информацию о своей матери. Зря. Даже сотрудники конторы тебе не помогут. Твой отец постарался на славу. Не трать зря деньги.
— Было что прятать? Неужели настолько неприглядно всё, — уточняю с толикой ядовитого сарказма.
Пальцы на ногах поджимаются. Честно, такого удара я не ожидала. Черт возьми, никогда!
— Саша очень любил жену. Очень, Женя. Я бы сказал — безумно. В свое время его многие не поняли. Не буду скрывать, в том числе и я. Но мой друг сделал свой выбор, — видно, что разговор для Егора неприятный.
— Выбор — это отлично. Но разве я не имею права знать? Речь о моей семье идет.
