— Поль, ну что ты как монашка? Ну, улыбнись.
На меня смотрела незнакомая девица, и это не радовало, но чтобы не расстраивать подругу, я улыбнулась.
— Это нормально, что женщина привлекательная. Это хорошо, когда муж спит только с ней. Не делай ошибок. Играй по правилам.
С того разговора прошло три года. Которые я пыталась соответствовать образу жены удачливого бизнесмена. Которые выпивали из меня все соки, чтобы я была как кукла рядом с красавцем-мужем. И как ненавидела я всё. Корсеты, чулки, минеты…
Но так было правильно, ведь мне Макар может изменять.
А он всё равно изменил. Несмотря на мои старания.
На то, что я каждый раз давилась несказанными словами во время секса, что мне не нравится.
А ему, выходит, нравится трахать других.
И если я только счастливо выдыхала, когда наша личная жизнь с Макаром слегка утихла, то муж развлекался по полной.
Но не со мной.
Капля ледяного пота скатилась по позвоночнику.
Дрожь по телу пробежалась. Я отвела взгляд от бывшей лучшей подруги.
Спросила пустоту:
— За что?
Что-то чужое, старое…
Глава 5
— За всё, — кричит Ангелина, и в меня летит её кружка. Я вздрагиваю, отклоняюсь, но осколки всё равно касаются, и горячая жидкость задевает плечо. На меня смотрят безумные глаза. — За всё! За то, что ты вобла беспомощная! За то, что муж у тебя шикарный!
Её бьёт крупная дрожь, зрачки расширены, а меня бросает в какую-то бездну, которая соткана из предательства, лжи и боли.
Я не понимаю, почему Ангелина так поступила со мной. Зависть?
— За то, что ты ныла: «Я не буду с ним спать до свадьбы», и получила предложение руки и сердца. За то, что ты отказала, сказав, что не будешь жить с ним в старой хрущёвке, и через год он купил апартаменты в элитном комплексе…
У зависти привкус абсента. Такой же полынный, и он пропитывает все стены, проскальзывает под одежду и покалывает острыми иглами. Моё сердце заходится в немыслимом темпе, дышать просто невозможно…
— За то, что выслушивала его нытьё, что: «Ах, моя Полли в рот не берёт, в зад не даёт!».
Ангелина нарочно подбирает такие слова, от которых меня начинает мутить. Она словно старается меня с головы до ног вывалять в дерьме. Её нервные отрывистые движения так и шепчут, что один шаг остаётся до того, как она бросится меня ударить.
А я…
В моей груди дыра. Бездонная.
И сейчас Ангелина старается её заполнить жёлчью, грязью, болью.
