Измена. Вернуть истинную (СИ)

— Но сейчас я хочу снять их со своей жены.

Резко поднимается с кресла. Одной рукой упирается в середину ректорского стола и легко перепрыгивает через него. Я только вскрикнуть успеваю от неожиданности, и вскинуть руки ладонями вверх.

Наивная, с чего-то решила, что стол защитит меня, но разве это серьёзная помеха для дракона? Он до сих пор не тронул меня не потому что не мог добраться, а потому что не спешил. Игрался, как тигр с мышонком, позволяя последнему пребывать в иллюзии безопасности.

Но тигру наскучила эта игра.

Клац! И на моём запястье, по-прежнему поднятом вверх в защитном жесте, стальным капканом смыкается его горячая ладонь. Правая рука Аррана ложится мне на поясницу и одним рывком притягивает, впечатывая в его стальной торс.

Из груди выбивает весь воздух. Смотрю на него широко открытыми глазами и ненавижу себя за то, что все мысли снова путаются, стоит ему ко мне прикоснуться.

Прогибаюсь в пояснице, стараясь откинуться назад, отстраниться как можно дальше, увеличить расстояние хотя бы между нашими лицами, но Арран не позволяет сделать этого.

Сменяет захват с моего запястья на затылок, фиксируя голову. Зато мои руки свободны, чем я тут же пользуюсь и упираюсь кулачками в его каменную грудь. Смотрю на него с обидой и злостью, нижняя губа чуть подрагивает.

Лицо Аррана медленно приближается. Он наклоняется близко-близко, затем закрывает глаза и… нюхает меня. Жадно втягивает носом воздух вдоль линии роста волос.

— Ты вкусно пахнешь, Лея, — его голос хрипловатый и низкий, ноздри трепещут.

— Лесными фиалками и вишней.

— Я пила вишнёвый компот сегодня, — говорю зачем-то.

Наверное, зря. Потому что Арран тут же смещает взгляд на мои губы. Завороженно наблюдаю, как его вертикальный зрачок расширяется, делая взгляд темнее.

— Я думал о тебе, — слышу неожиданное признание, — все эти дни.

Его рука крепко удерживает мой затылок, подчиняющий взгляд ломает волю, его лицо приближается. И я вдруг понимаю, что сейчас будет.

Будет поцелуй.

Потому что ОН так решил. Сопротивление бесполезно."

"Главная добродетель женщины это покорность…

Крепко сжимаю зубы. Закрываю глаза и обмякаю в его сильных руках безвольной куклой. Покорной, конечно же.

Его губы требовательно сминают безжизненные мои, но поцелуй тут же прерывается.

— В чём дело? — слышу ледяной голос, в котором звенит едва сдерживаемая ярость.

Арран сжимает мои плечи и встряхивает.

— Отпусти, — шепчу в ответ, глядя в сторону.