Его рука тянется к тоненькой полосочке моего белья.
— И снова прости, — с жаром шепчет он.
— За что?"
"— За эту уздечку, — и одним движением, разрывает на мне трусики.
— Глеб! — не успеваю толком возмутиться, как он накрывает мой рот своим и заваливает на песок.
Сильная рука скользит по внутренней стороне бедра, поднимаясь всё выше и выше. Но уже без животной дикости. Тихая ласка и нежность. По ходу движения чуть отрывает руку от моего тела, касаясь, теперь, лишь кончиками пальцев. Дотрагивается до низа живота слева, и по телу мгновенно разлетаются миллионы маленьких ураганов.
Обводит вокруг пупка, рисуя невидимый круг, тянется и целует чуть ниже пупка.
— М-м-м, Миронов, мы потом пожалеем об этом. Прекрати, — часто и глубоко дыша, давлю, но сама молюсь, чтобы он не останавливался и шёл до конца.
— Не пожалеем.
Облизывает мою кожу и втягивает губами. Спускается ещё ниже и медленно раздвигает складочки половых губ, обдаёт раскалённым дыханием нежную слизистую, задевает кончиком языка мой клитор и затем втягивает его.
Одновременно размазывая мою влагу от влагалища и вверх, от влагалища и вниз. Проникает внутрь сначала одним пальцем, а затем двумя, расширяя меня и заполняя совершенно космическими ощущениями. Выпускает из своего плена горошинку клитора и оставляя влажные следы от поцелуев на теле плавно движется вверх, ласкает грудь и снова вверх, к шее, заставляя меня мелко дрожать, вверх к губам, заставляя глухо стонать. Не на секунду не переставая трахать меня пальцами. Медленно, мучительно медленно… Доводит до края, за которым обрыв и полёт.
Невесомость. А затем яркая вспышка света, электрические разряды, раскаты дрожи по телу и вновь темнота.
Не знаю, сколько мы лежим, прижавшись голой кожей друг к другу. Время, словно тягучий сладкий мёд, растянулось на бесконечность. В которой, всё стёрлось, осталось лишь то, что есть в данный момент.
Он и я.
* * *Глеб копошится у себя в кармане, достаёт телефон и кому-то набирает.
— Потеряли меня? Понятно. Спасибо, что разрулил.
У меня просьба. Подгони машину к левой стороне. Да, за подстанцией и жди там, — сбрасывает звонок и убирает телефон обратно в карман.
Аккуратно освобождаясь из объятий, встаю и иду к реке. Глеб покорно бредёт за мной. Ждёт, пока я умоюсь, кутает в свой пиджак и вновь прижимает к себе.
— Замёрзла?
— Нет, — мотаю головой, упираюсь руками в его грудь, отстраняюсь и в этот момент замечаю, как за деревьями мелькнуло что-то светлое. — Глеб, там… Кажется, там кто-то был.
