В желудке громко урчит с самого утра.
Оказавшись на кухне, сталкиваюсь с Володей. Его взгляд холоден, мой, надеюсь, тоже. Хотя всё равно в этой битве я проиграла: на моем лице явственно видны следы мучительных переживаний, на его же лице красуется равнодушие. Всё понятно, значит, он не считает себя в чем-либо виноватым.
Крепко сжав зубы, набираю в чайник воду. Включив его, выхожу из кухни. Не могу находиться рядом с Володей. Меня снова начинает трясти. И от того, что он наговорил ночью, и от того, как ведет себя сейчас.
Стукнуть бы его чем-нибудь…
-Видела, что бабушка Маше подарила?
Его слова останавливают меня на пороге. Зачем он это спросил? Решил таким образом заговорить со мной?
-Я тебе уже говорила, что мне не нравится то, что твоя мать дарит такие дорогие подарки, - не оборачиваясь, стараюсь говорить ровным спокойным тоном. Это, ой, как тяжело. Делаю шаг, собираясь уйти, но Володя намерен продолжить разговор и идет следом.
-Почему?
-Это неправильно. Она балует её. Растит ещё одну эгоистку.
Мои слова достигают цели. Жаль, я не подумала о том, что ответный удар будет более жестоким и разрушительным.
-Может, ты просто бесишься из-за того, что твоя мать так не может?
Глава 8.
21 мая, понедельник
Услышав будильник, еле открываю глаза, слипшиеся от пролитых за ночь слез. С трудом приподнимаюсь, сажусь выше. Желания встречать новый день совершенно нет. Я так надеялась, что сон, пусть и непродолжительный, принесет хоть немного сил. Напрасно. Чувствую себя ещё хуже, чем вчера.
Собравшись с духом, всё же отбрасываю одеяло и выхожу в коридор. Проходя мимо нашей с Володей спальни, слышу громкий храп. Чувство негодования мгновенно поднимается из глубины души. Спит, словно младенец. В тысячный раз за прошедшие двое суток, едва не срываясь на истошный крик, задаюсь вопросом: как?.. Как так можно?.. Солгать, унизить, а затем, совершенно не испытывая никаких угрызений совести, ещё и строить из себя обиженного.
Внутри всё леденеет. Оказавшись в ванной комнате, прячусь в душевой кабине и включаю горячую воду.
Но даже она не может растопить лед внутри меня. Мысли о том, что произошло за предыдущие два дня, прибивают к земле. В прямом смысле. Сажусь на пол, прижимаюсь к стеклянной стене. Ирина, обнимающая Володю… Идея открыть кафе… Деньги, на которые, оказывается, я не имею никаких прав… Мама, которая не может дарить Маше дорогие подарки… И много-много других обидных слов мужа… Я не знаю, как примириться с тем, что произошло. Не знаю.
