Первый этаж и маленькая темная прихожая с куртками на вешалках. Элина не сразу включила свет, поэтому я, потерявшись, не сообразил, что она прижималась ко мне и дышала в шею. Я схватил Элину на плечи и отстранил от себя. Даже пальцы казались липкими.
— Договор, — напомнил я.
Элина прошла прямо в обуви в зал, включила свет. От этого в прихожей стало чуточку светлее. Ровно настолько, чтобы я смог разглядеть бежевые стены и коричневый ламинат. Неплохой ремонт. Чистенький. А вот хозяйка…
Меня Ксю убила бы если, бы я посмел дальше придверного коврика шагнуть в обуви, а Элина, только вернувшись в прихожую разулась, и поставила заляпанные дождевой водой сапоги на полку.
— Пройди на кухню. Там все сможешь нормально почитать, а то у меня здесь лампочка перегорела… — Элина повесила пальто и потянулась ко мне. Я выставил руку.
— Не стоит. Тут не триста страниц.
Элина пожала плечами и ушла на кухню. Загремела посуда, зашумел чайник. Я облокотился на стену плечом и вчитался в просто дурацкий договор с непонятными суммами.
Откуда и главное как такое вообще могло прийти в голову безумному юристу.
Я поднял глаза. Рядом как раз встала Элина и протянула мне кружку с чёрным чаем. По инерции я взял чай и отхлебнул. Только потом спросил:"
"— Откуда такие суммы? — голос немного хрипел и тёплый напиток как раз пришёлся к месту. Вроде бы даже с чабрецом или зверобоем.
— Там заложена и моральная составляющая, — безразлично пожав плечами, уведомила Элина. — Пройдешь может быть?
Я покачал головой, и в ней почему-то образовалась боль.
Словно резко давление подскочило. Прищурил глаза, вновь сосредотачиваясь на цифрах, но пульсация внутри черепа мешала, строчки начали скакать.
— Ты вообще понятия не имеешь о стоимости денег, — смежив веки, проговорил я. — Откуда эти суммы? Ты вообще понимаешь, что мне плевать. И я сейчас нахожусь здесь только, чтобы не создавать проблем с женой, а не потому что мне усрался твой ребёнок?
В глазах Элины мелькнуло раздражение.
— Мой ребёнок? — холодно уточнила она.
— Я что же его зачала от святого духа?
— Я не хотел ребёнка. И тебя к слову тоже, — обрубил я истерику, потому что от повышенного голоса в голове словно спица раскалилась и стала проворачиваться. — Это было твое желание, а не мое. И то, что ты сейчас меня шантажируешь, это только пока я хочу решить вопрос миром. А вообще… Сделай аборт и все.
Элина сжала свою кружку так сильно, что у неё побелели пальцы. А я ещё отпил чая.
