А в ресторане вообще я даже за стол не села. Стояла позади Кирияновой, как фрейлина, пока Эльвира вела деловую беседу с солидным мужчиной, соучредителем банка, насчет рекламы.
Логотип его банка будет гореть на экранах в зале, меняясь с логотипами других спонсоров. А в конце показа, когда будут благодарить щедрых спонсоров, организаторы скажут, что банк Мамаева — самый надежный банк в стране!
Я тенью продолжаю стоять за спиной Эльвиры и наблюдать, как они ужинают.
Пить хочется.
Ноги гудят от лодочек на шпильке, которые выдала мне Лили.
Черное платье некомфортное врезается в тело, его хочется одергивать.
В гардеробе «Модного дома» сменная одежда для сотрудниц исключительно размеров «XS» и «S», поэтому я со своей уверенной и безапелляционной «M» чувствую себя некомфортно.
Но Кириянова любезно предложила дополнить платье оверсайз пиджаком и еще раз напомнила о необходимости посещать спортивный зал, если я хочу задержаться на должности.
В руке вибрирует телефон.
Пользуясь моментом, пока более значимые, чем я, люди разговаривают, скрытно проверяю, почему смартфон завибрировал — пришло уведомление из Госуслуг.
Демидов, наконец, подписал заявление о разводе.
Наверное, его хрустальное сердечко не выдержало такого «предательства» — когда муж увидел меня с Расуловым. И позже попытался вызвать у меня муки совести, хотя он сам бессовестный обманщик!
А я не повелась на его манипуляции, вот Тимофей и решил действовать. Давно пора.
Сейчас такое время, что когда приходит сообщение с незнакомого номера, то это, скорее всего, мошенничество или реклама.
И только я могу гарантированно утверждать, что если абонент неизвестен, значит, в девяноста процентах из ста ко мне снова решил привязаться Тимофей…
«Я госпошлину платить не буду. Если тебе надо развод — плати за двоих».
Уж кто бы сомневался, Демидов, что ты и тут решишь сэкономить. Но я готова заплатить и за тебя, а то вдруг ты разоришься от такой «большой» суммы!
Это стоит того, чтобы потом забрать документ о расторжении брака и при необходимости надавать им тебе по морде и сказать, что отныне мы друг другу чужие люди не только духовно, но и по закону!
***
Кириянова отпускает меня только к восьми, когда заканчивается ужин со спонсором.
Уставшая и голодная, я спускаюсь с Эльвирой по крыльцу ресторана.
Два автомобиля на парковке «Флоренции» выделяются на фоне остальных — белоснежный, сияющий пафосом длинный «дирижабль» Кирияновой и черный, как холодная ночь, глянцевый внедорожник Расулова.
