Она точно подтвердит. Если ее твоя жена не запугала, конечно.
Вот это актриса! Да, у нас никогда не было теплых отношений, но не до такой же степени. Я думала, что это подростковая ревность, большая любовь к брату, но это переходит уже любые границы.
Сейчас Влад, наверное, извинится за мое якобы дурное поведение, денег даст в качестве компенсации. А потом… не хочу думать об этом. Полина, лучше думай о ребенке, он сейчас самый важный человек, хоть еще и не родился.
Ожидание меня утомляет, я уже перестала бояться. Иду на кухню, беру любимую синюю чашку с божьей коровкой, завариваю в ней травяной чай.
Мне бояться нечего, я ни в чем не виновата и не позволю этой самовлюбленной хамке все спихнуть на меня. Возвращаюсь в кресло и жду. Минут через пять выходит Элина.
— Это тебе с рук не сойдет, — зло шипит в мою сторону.
Не обращаю на нее внимание, решительно подхожу к Владу. Он стоит у стола, руки скрещены на груди. На лице читается “как я от вас устал”.
— Твоя сестра врет. И домработницу в это втягивает.
Ты прекрасно знаешь, что я никогда бы себе не позволила кого-то ударить, — говорю медленно, четко проговаривая слова, чтобы выглядеть убедительнее.
Он прикрывает глаза и трет виски.
— Я не трогала твою сестру! Я ни в чем не виновата. — накручиваю на палец край футболки.
— Я знаю, — говорит на выдохе.
— В смысле? Тебе Элина сама всю правду рассказала? — немного тянет внизу живота. Сажусь в кресло и обхватываю живот руками.
Влад одобрительно кивает.
— Зачем тогда весь этот цирк? — недоумеваю я.
— Меня хотела побесить?
— Неважно, что она сказала мне, — отвечает муж. — Я знаю, что ты говоришь правду. Не переживай, Элина больше тебя не побеспокоит. Но я очень недоволен твоим поведением, — голос меняется, появляется металл, словно меня отчитывают на собрании.
— В чем я опять провинилась?
— В чем? Ты из больницы сбежала! — в глазах огонь, значит, злится.
— Меня выписали. Сколько можно там лежать?
— Столько, сколько скажет врач!
— Так врач меня и отпустила. Тебе документы показать? — взрываюсь я.
— Так они у меня есть. Сейчас принесу. — встаю, собираюсь идти в коридор, где валяется моя сумка.
— Сядь, — спокойным тоном указывает муж. — Ты из больницы уехала сама! Не поставила меня в известность. Ты ведь понимаешь, что это опасно?
— Все ведь нормально, я спокойно добралась.
— Лучше бы дождалась, пока я приеду. Или на крайний случай отправил бы водителя. Мне не нравятся такие самовольные поступки.
— Тебе ничего не нравится! — вспыхиваю я.
