Бестолково переспросила:
— Вопросы? Какие?
В карих глазах мелькнула насмешка.
— Какие хотите, Павла Сергеевна. В рамках вашей будущей должности, разумеется, — перешел он на русский.
— Так вы берете меня на работу? — я неверяще смотрела на него. Неужели я не облажалась?
Мужчина пожал плечами и, удобно откинувшись на спинку дивана, прикрыл глаза. Похоже, он сильно устал. Под глазами залегли тени, между бровей углубилась морщинка, лицо осунулось.
— Ваш английский меня устраивает, навыки и опыт работы тоже. Насколько я могу судить, на мои вопросы вы отвечали искренне.
Это важно в свете того, что у вас будет допуск ко многим моим секретам.
— Главное, ваше присутствие меня не слишком раздражает, что случается редко. Хотя над английским произношением вам придется поработать. — добавил он, чуть усмехнувшись.
Пока я тихо ликовала и раздумывала, как отнестись к его заявлению про раздражение, в дверь постучали, и в кабинет просунулась строгая дама из приемной.
— Платон Александрович, — пропела она радостным голосом.
— Приехала Светлана Геннадьевна…
— Платон, — за ее спиной появилась улыбающаяся женщина, с которой я встретилась на крыльце. Мягко отодвинув загораживающую проход пожилую даму, Светлана Геннадьевна кивнула ей:
— Дальше я сама, Алевтина Игоревна.
Увидев ее, мужчина неожиданно широко улыбнулся, сразу помолодев лет на пять, и поднялся с кресла. Небрежно кивнул мне:
— Вы свободны, Павла Сергеевна. Завтра в девять жду вас в своем кабинете — расскажу, чем вы будете заниматься.
Я подскочила со своего диванчика.
Под внимательным взглядом Светланы Геннадьевны скомкано попрощалась и пошла к выходу. И уже закрывая дверь заметила, как женщина падает в объятия улыбающегося Платона Александровича.
Глава 8
— У вас проблема со вкусом? — раздался над ухом голос Платона Александровича.
От неожиданности я чуть не выпустила из рук чашку с кофе, которую как раз поднесла к губам. Напиток выплеснулся, густо забрызгав мою единственную приличную белую блузку.
Глядя на безобразные коричневые пятна, расползающиеся по ткани, я возмущенно прошипела:
— Платон Александрович, вы всегда так подкрадываетесь? Напугали меня.
И блузка теперь испорчена!
— Эта блузка была испорчена задолго до этого. Когда криворукие китайцы пошили ее в своих подвалах, а затем продали вам. Плохо, Павла Сергеевна, что ваша работа у меня начинается с того, что мне придется отправлять вас переодеваться.
— Что вы имеете в виду? — я непонимающе смотрела на стоявшего передо мной начальника.
