Разверни свою гениальную мысль, пожалуйста, — он сделал глоток из чашки и снова поморщился. — Кофе варить эта Алина тоже не умеет. Придется тебе научить ее, Павла. И я по-прежнему жду продолжения.
— У вас есть девушка, — опять зачем-то повторила я.
И когда он насмешливо хмыкнул, сердито пустилась в объяснение:
— Она вам звонила сегодня. Вы в моем присутствии договаривались вечером пойти на свидание…
— Правда? — перебил он, сделав изумленное лицо. — Тогда, что я делаю в офисе?
— Не знаю. Что-то не срослось, наверное, — призналась я, чувствуя себя полной идиоткой.
Вернее худой.
— Павла вы страдаете пробелами в памяти? — неожиданно поинтересовался Платон Александрович и брезгливо отставил свою недопитую чашку. — Нет, пить это совершенно невозможно.
— При чем здесь моя память? — я к кофе решила вообще не прикасаться — кто ее знает, Алину эту. Вдруг она мне в чашку плюнула от большой любви. С нее вполне станется.
— При том, что я совсем недавно рассказывал тебе про свои принципы в отношении женщин.
— Ладно, Павла, — он поднялся со своего кресла. — Поехали скорее ужинать. А то от этой дряни, которую почему-то назвали кофе, меня затошнило.
— Никуда я с вами не поеду! — попыталась возмутиться я.
— Поедешь, как миленькая.
Мужчина подошел к столу, развернул кресло, в котором я сидела, вцепившись в подлокотники, и одним движением выхватил меня из него.
— Пошли, не вредничай. А то я злой, когда голодный. Вспомню еще, что мне положено быть тираном и деспотом и лишу тебя премии. Или без выходных работать заставлю.
Приобнял меня за талию и пользуясь моим полным офигением, повел к выходу из кабинета.
В приемной, заметив так и не ушедшую Алину, распорядился:
— Раз вы все еще здесь, наведите в моем кабинете порядок и можете быть свободны. Завтра Павла Сергеевна объяснит вам, как нужно варить кофе. И постарайтесь усвоить эту науку, Алина. Иначе ресепшен на третьем этаже вновь распахнет для вас свои объятия.
После чего любезный шеф подтолкнул меня в сторону выхода и добрым голосом попрощался с новым секретарем:
— И запомните, чашки, в которые вы будуте наливать мне кофе, должны быть идеально чистыми, Алина.
Глава 17
Пока спускались в лифте, оба молчали.
Я рассматривала стенку перед собой, пытаясь не вдыхать будоражащий аромат его парфюма. Старалась не обращать внимание на волнение, которое рождалось в моем теле от нашей почти интимной близости в этом маленьком замкнутом пространстве.
Чем занят Платон Александрович, старалась не думать.
