Вместо будильника меня разбудил телефонный звонок.
— Да, мама, — простонала я, взглянув на экран.
— Павлуха, это что такое? Почему я узнаю такую новость не от тебя? Да как ты могла! — в голосе мамы звенела обида.
Я перекатилась на спину и уставилась в потолок. Сон мгновенно слетел, зато появилось неприятное, ноющее чувство в груди.
— Мама, у меня сейчас шесть утра, — пробормотала, сама не знаю, зачем. Если мама желает со мной пообщаться, на часы она не смотрит принципиально. Тем более, у неё уже восемь, а который час у ее собеседника, маму никогда не волновало.
— Ты развелась с Грегом! — теперь в её голосе зазвучали слезы.
Я позволила себе усмехнуться — давно прошли времена, когда я на это велась: начинала упрашивать ее не плакать, просила прощения, толком не понимая, в чем провинилась. Сама начинала рыдать и обещать больше так не делать. Все, что угодно, лишь бы мама успокоилась и сказала, что больше на меня не сердится.
— Да, мы развелись.
— Не мы, а ты! Попробуй мне соврать, что это была не твоя инициатива!
— Зачем мне врать? Это было моё решение.
Я с усилием выдохнула, ощущая, что меня начинает мутить.
— Кто тебе сказал о моем разводе?
Мама сердито поцокала языком:
— Павлуха, Павлуха, как тебе не стыдно? Почему твоя сестра в курсе такого события, а я, твой самый близкий человек, узнаю об этом последней?
— Понятно, — я зажмурилась, чувствуя, как усиливается тошнота.
— Я не хотела говорить об этом по телефону. Думала приехать в гости и рассказать.
— Диане-то рассказала, — протянула мама обиженно.
Она ненавидела узнавать новости не первой. Буквально начинала болеть, если кто-то опережал ее.
— Мама, я ничего не рассказывала Диане. И не знаю, кто ей сказал.
""Но догадываюсь."" — добавила про себя.
— Ладно, Павлуха, мне твое поведение неприятно, конечно. Но, впрочем, ничего нового. Ты всегда была жутко скрытной. Никогда я от тебя ни тепла, ни доверия не чувствовала.
Теперь мамин голос звучал холодно. Было понятно, что она не поверила ни одному моему слову.
"
"— Но, как говорится, нет худа без добра. Раз ты вернулась в Москву, Диана переедет жить к тебе. Девочка должна быть под присмотром, а свекровь в последнее время стала совсем невыносимой. — мама сердито откашлялась.
Я вздохнула. Это ещё вопрос, кто из них более невыносим. Конечно, мама моего отчима, отца Дианы, дама с характером, но вполне адекватная. А что касается сестры… О ней я не хотела думать.
— Ты поняла меня? — мама повысила голос.
