А я ей цветы в руки.
– Нет так нет. Я просто хочу побыть с тобой, – заглядываю в глаза.
Ждана отводит свой взгляд и утыкается носом в цветы. Вдыхает.
– Красивые, спасибо, – произносит тихо и снова смотрит на меня.
Обнимаю, прижимая к себе, вдыхаю запах ее волос.
Ждана
И как противостоять ему? Я пытаюсь показать, что настроения нет. И видеть его не хочу. Но он прет как танк. Обнимает, прижимая к себе, еще цветы эти. Тону носом в бархате лепестков нежнейших пионов и замираю.
На душе тепло. Он приехал, несмотря на то что я высказала ему вечером.
Сейчас же наваливается такая дикая усталость, что не упасть бы.
– Я хочу спать, извини, – бормочу и отступаю назад, все еще держа цветы в руках. – Только цветы в воду поставлю.
Иду на поиски вазы. Видела на кухне. Вадик за мной. Держит дистанцию, но глаз своих не отводит, чувствую кожей.
Ставлю цветы в воду и несу их в комнату, оставляю на столике.
Оборачиваюсь, услышав, как в тишине квартиры шелестит одежда. Вадим раздевается.
– Ты останешься? – не знаю, как реагировать.
– Ага, – кивает и продолжает расстегивать серую рубашку, снимает ее, откладывая на спинку кресла. Снова эти тату, от которых не отвести глаз.
– Тогда тебе придется спать на полу, – говорю уверенно. Потому что лечь с ним в одну постель – значит простила. А я в сомнениях. Слишком не уверена.
– На полу? – удивляется. – Серьезно? Заставишь меня страдать? – взгляд голубых глаз сводит с ума.
– Да, – киваю. – Там вот подушка и покрывало. Ковер безумно мягкий, тебе понравится, – говорю серьезно и забираюсь в постель, натягивая до самого носа одеяло.
Наблюдаю за парнем. Мне и жалко его, и улыбаться хочется. Такое несчастье вселенское на его лице отражается.
– Это даже не смешно, – хмурится. – То Стаська меня сгоняет на пол, когда решает остаться. Теперь ты. Чудесно, – качает головой, но все же подходит к шкафу и достает подушку с покрывалом.
Возвращается к кровати. Стоит, такой грустный с этим покрывалом, что я готова сдаться. Зажмуриваюсь, чтобы не видеть его глаза.
Чертов манипулятор. Знает же, как действует на меня.
– Окей, – вздыхает. – На полу, так на полу, – кидает подушку, опускается на ковер.
Я слышу, как он пыхтит. Сама же укладываюсь поудобнее, откинувшись на подушку.
– Это такое наказание? – нарушает тишину.
Молчу.
– Я не против. Да, виноват, каюсь. Но сделал подобное без задней мысли, – продолжает сотрясать тишину.
Жмурюсь. Нельзя сдаваться. По крайней мере, не так быстро.
– Полина – подруга детства.
