– Он обычный, – хочу уйти от этой темы.
– Ждан, я серьезно. Поматросит и бросит. У меня глаз наметан на этих мажоров, – вздыхает.
Я кручу в пальцах бокал с красным вином, наблюдаю за жидкостью. Пить нет желания. Во рту все еще сладко от того коктейля, которым угостил Вадим.
– Я не собираюсь с ним спать, – усмехаюсь, глядя на подругу. Наверное, сейчас я могу назвать ее подругой по несчастью. У нас похожие проблемы. У нее в прошлом, у меня в настоящем.
– Ты видела, как он на тебя смотрел?
– Нет, – пожимаю плечами.
Видела. И слышала. Он не стал ходить вокруг да около. От воспоминания сказанных им слов щеки загораются. Стыд опаляет.
– А зря, – вздыхает Ника.
– Он студент, я преподаватель. Элементарная этика, Ник. Я в дурацком положении. Мне на развод подавать нужно. Мне не до шур-мур с молодыми. Он младше… Боже, да много всяких минусов в моей голове. Я думать о мужчинах не хочу. У меня отвращение к ним, понимаешь?
– А ты ее видела? – вдруг меняет тему.
– Кого?
– Любовницу.
– А, – поняла, о чем она, достаю телефон и открываю мессенджер.
– Вот, – показываю девушке.
– Слушай, вот что он в ней нашел? – смотрит то на фото, то на меня переводит взгляд.
– Спроси, что полегче. По его словам, да косяк был, но любовь у него ко мне. Три ха-ха, – усмехаюсь, сделав глоток терпкого красного.
– Не понять мне эту натуру непоколебимую, – хмыкает Серова.
– Покабелимую, – хихикаю.
– Точно, именно так я и хотела сказать, – смеемся.
Утро было грустным. И голова немного о себе давала знать. И о том, что бутылка вина все же была выпита.
Мы по очереди побывали в ванной и сели завтракать за стол.
Мои планы? Ох… так и хочется сказать, все сложно. Но мои мысли перебивает вибрация телефона. Рванула в комнату, нашла гаджет.
– Да, мам, – отвечаю, выдохнув. Уже готова выслушать много малоприятных слов.
– Ты где?
– У подруги, – отвечаю коротко.
– У какой подруги, Ждана? Мы знаем, что у тебя никого нет, – твердит мать.
– С чего это ты взяла? – удивляюсь.
– Так, приезжай домой немедленно.
Антону ничего не скажем. Еще не хватало ему знать, что жена не ночевала дома, – тараторит мать.
– Что? – переспрашиваю, надеясь, что у меня слуховые галлюцинации. – При чем тут он?
– Он твой муж. И каково будет ему узнать, что ты шлялась непонятно где?
– Мама! То, где я, по твоим словам, шлялась, это мое дело. А то, что он изменяет мне и имеет на стороне ребенка, находясь в браке, вот это пусть его гложет. Все, – отбиваю звонок, чуть не отшвырнув телефон в сторону.
