Они тут же расчехлили колчаны и начали натягивать луки. Капитан также выкрикивал инструкции, и его команда быстро погрузила весла. Те, у кого они были, приготовили свое оружие, а остальные схватили лодочные шесты и страховочные штифты.
Третья пиратская лодка появилась из тумана, и теперь все трое приближались к барже. Катон повернулся к Хаграру.
- А что насчет меня и моих людей? Вы не можете оставить нас беззащитными. Дайте нам оружие, и мы тоже сможем сражаться.
Парфянский аристократ заколебался, и Катон указал на ближайшую лодку, которая теперь была хорошо видна.
Его палуба была забита людьми, размахивающими оружием и выкрикивающими боевые кличи, приближаясь к своей добыче. Хаграр стиснул зубы и кивнул. - Прекрасно. Принести им оружие!
Катон и Аполлоний бросились за ним к солдатам и команде вокруг мачты. Хаграр заговорил с одним из своих людей и указал на трюм, и парфянин перепрыгнул через открытый грузовой люк и полез между кувшинами с вином и гарумом, которые баржа везла в столицу. Катон подозвал к себе своих людей.
- Они собираются вернуть нам наши мечи, ребята. Убедитесь, что мы хорошо о себе заявим; давайте покажем этим парфянам, как сражаются настоящие солдаты.
- Как насчет нас, господин? - сказал Грумион. Я и Квинт можем внести свой вклад.
Катон взглянул на раненого и усмехнулся. – Нельзя же удержать от драки хорошего преторианца, а?
Парфянин вернулся и поднял на палубу небольшой сундук. Катон наклонился и откинул задвижку, распахнув крышку. Его гладий лежал сверху, он схватил его и вытащил лезвие, прежде чем уронить ножны подле сундука.
Остальные мужчины поспешно достали свои мечи и передали раненым товарищам, лежавшим на палубе, их оружие, а затем образовали свободный строй вокруг мачты. Катон увидел, что Хаграр и его люди приготовили свои луки и уже накладывали стрелы, прицеливаясь в ближайшую пиратскую лодку.
В момент когда они спустили тетиву, противник также произвел свой первый залп. Стрелы с грохотом ударились в цель прежде, чем появилась возможность выкрикнуть предупреждение, пролетели мимо, впились в дерево и попали в двух парфян.
Один из людей Хаграра развернулся, уронив свой лук на палубу и схватившись за древко стрелы, пробившее его бок. Другой пострадавший был матросом: стрела пронзила его левую руку, сжатую в кулак, и крепко пригвоздила ее к груди. Не было времени поинтересоваться состоянием раненых, так как остальные на палубе выстроились вдоль борта и приготовились защищать баржу.
