"
"Дорога следовала курсом почти напрямую через пустыню, отклоняясь только тогда, когда крутой склон или каменистый откос пересекал холмистое пространство из песка и камня. Несмотря на то, что это был ноябрь, воздух быстро нагрелся, когда солнце взошло в небо. В полдень они остановились у подножия крупных валунов и укрылись в тени. Катон расположился так, чтобы оглянуться на дорогу, и, когда они готовились снова подняться, он заметил облако пыли в девяти или десяти километрах позади.
- Дерьмо. Я надеялся, что они задержатся с караваном подольше.
- Должно быть, они ищут нас, - сказал Аполлоний, прикрыв глаза и прищурившись. - Я не могу придумать никакой другой причины, почему они так далеко углубились по дороге.
- Тогда нам придется опередить их. Пора в путь.
Они продолжали скакать по дороге и ближе к вечеру миновали караван поменьше, не обращая внимания на уговоры некоторых торговцев остановиться с ними на ночь и ознакомиться с некоторыми из их товаров. С наступлением темноты они укрылись под защитой другого скопления валунов, когда подул резкий ветер, унося мелкие песчинки, застрявшие у них в глазах и во рту.
Когда они разгрузили и накормили их лошадей, Катон взобрался на скалы и увидел свет костров каравана в нескольких километрах позади, а затем еще один огонь на том же расстоянии и понял, что всадники также заняли какую-то позицию.
К концу следующего дня их лучше оседланные преследователи были еще ближе, и Катон знал, что, если они не найдут способ оторваться от них, всадники скоро их догонят.
Он поделился своим беспокойством с Аполлонием, который закашлялся, прежде чем ответить.
- Если уж на то пошло, трибун, я не собираюсь возвращаться в Ктесифон в цепях, чтобы, после всех ужасов пыток, мою голову можно было использовать для украшения сторожки дворца Вологеза.
- Я разделяю это мнение, но поскольку единственное оружие, которое у нас есть, - это твой нож, вопрос о нашем последнем бое скорее философский. Если мы хотим избежать участи, о которой ты говоришь, есть только один способ сделать это.
Аполлоний вздохнул. - Я понимаю… Ты хочешь, чтобы я это сделал? Я могу сделать это быстро для тебя.
Катон на мгновение задумался. - Я хотел бы сказать что-нибудь благородное о римском офицере, избравшем смерть от собственной руки, но я видел, как ты использовал клинок. Лучше, если ты справишься с этим хорошо, чем я все испорчу.
- Тогда все в порядке. Я сначала позабочусь о тебе.
Катон кивнул.
