Измену гордым не прощают

- Охренеть! А массажист кто? Девушка? - последний бьет кулаком Леона в плечо. - Дай телефончик! Мне кажется, я потянул пару жизненно необходимых мышц!

Не могу удержаться от презрительной улыбки. Вот, Дани, лови ответочку! Сэмчику-то, нашему, по хрен, кого трахать! Это тебе не я, дурачок, который боготворил и обожал...

Окликаю его на пороге. Остальные успевают выйти и, кажется, даже не слышат.

- Сэм, задержись. У меня к тебе пара вопросов.

Ну, собственно, их, действительно всего пара. И я задаю тот, который волнует больше всего.

19 глава. ""Дружеский"" разговор

- Что-то случилось? - вдруг становится серьезным Самойлов, как будто прочувствовав вдруг мое состояние.

- Случилось, - взглядом показываю ему на дверь, и он послушно запирает ее.

- Что?

- Присаживайся, - любезно указываю ему на то же самое кресло, в котором он недавно сидел. - Разговор будет серьезным.

И да! Я все-таки улавливаю в его глазах мелькнувшее на долю секунды замешательство! Знаешь, сука, о чем речь пойдет! Чувствуешь!

Как же не накосячить-то? Как же не надавать ему по морде сразу, до начала разговора?

Мое тело уже готово! Мне уже невмоготу просто! Я бы врезал ему, ничего не выясняя, просто за то, что он явно с Дани за моей спиной имел какие-то там секретные дела! А потом бы спросил, трахал он ее или нет! А уж тогда бы решал, врезать еще или отпустить!

Но я сжимаю до боли в пальцах подлокотники своего кресла! Нет, сука! Хрена я сейчас поддамся эмоциям! Я и так всё потерял! И мне, походу, преломить ситуацию будет не так-то просто!

Поэтому спрашиваю предельно спокойно и, как мне кажется, совсем без эмоций:

-Какие отношения связывают тебя, мой дорогой друг, с моей женой? - потом все-таки не выдерживаю и, напрочь теряя выдержанный деловой тон, добавляю.

Вот, собственно, два моих вопроса.

Пальцы так крепко сжимают подлокотники кресла, что под ними скрипит обшивка. Сжимаю ещё крепче, просто чтобы не убить его сейчас на хрен!

Он меняется в лице.

Но когда он поднимает на меня взгляд, и мы гипнотизируем друг друга с какой-то непонятной, неожиданной с его стороны для меня яростью, я вдруг вижу - у него своя правда! И он в ней уверен! И нихрена он меня не боится! И нихрена ему не стыдно!

И от этого меня взрывает! Плевал ты на меня, да, Сэм? Ну, тогда получай!

Отталкиваюсь от кресла, сам не понимаю, как оказываюсь рядом с ним.