Измену гордым не прощают

И я не чувствую, как стираю колени об обивку ступенек! Я не чувствую, высоты лестницы! И мне даже странным кажется, что он не позволяет мне отклониться назад, так, чтобы немного изменить угол наших движений!

И когда в какой-то момент, буквально расплющивает по своей груди и, прижимая одной рукой к себе за спину, второй вцепляется в бедро, я вспоминаю, кто все-таки здесь управляет процессом! И пока он вбивается снизу, как огромный поршень, яростно, ритмично, сильно и долго, могу только мычать что-то бессвязное, терзая зубами его шею.

И кончаю первой, закатывая глаза от невыносимого удовольствия, откидываясь на его предплечья, теперь уже крест-накрест, обвивающие меня.

И теперь уже он со стонами кусает мое плечо, шею, кромку уха. И эти вспышки легкой боли от укусов почему-то отзываются там, где до сих пор орудует его член, продлевая мое наслаждение. И я очень хорошо чувствую, что он уже совсем-совсем на грани! Что вот еще мгновение, и все закончится...

И делаю то, что неожиданно приходит на ум - беру его лицо в ладони, заглядываю в глаза.

Я никогда не смотрела ему в глаза во время его оргазма! И я не понимаю, откуда вдруг у меня появляется такое вот необычное желание! Может, просто мне хочется удостовериться, что со мной занимается сексом именно Гордей? Или... Или мне хочется, чтобы он видел и запомнил, что вот это удовольствие, в данный конкретный раз ему доставила не какая-то там женщина, а именно я? Я не знаю. Просто смотрю."

"С жадностью впитываю, вкладываю в свою память его искаженный страстью рот, легкий румянец на его щеках, и этот взгляд, лихорадочно-горячий, а потом, когда, приподняв меня и выскользнув наружу, выплескивается, пачкая спермой мой живот, - словно сквозь меня, расфокусированный.

..

Падаю ему на грудь. Я, конечно, ощущаю вязкую и холодную влажность между нами. Я, конечно, чувствую острый запах, наполнивший все пространство, его влажную кожу под моей щекой. Но гораздо сильнее мною чувствуется другое.

..

Губы трогающие мой висок. Пальцы, рассеянно поглаживающие мою спину. Бешеный стук сердца под моей ладонью.

Мне бы сидеть так, верхом на нем вечность! В ответ на эти мысли веки почему-то закрывают глаза, я расслабляюсь, неожиданно ощущая такое спокойствие, такое умиротворение, как будто укладываюсь спать в свою постельку, а не сижу голая на бедрах мужа-изменщика после потрясающего секса.

Как же мне не хватало этой его нежности.