Измены

 — Андрею всего двадцать лет, Василисе семнадцать. Она еще в школе учится. А с кем дети будут жить после развода? С твоим любовником?

— Дети сами решат, с кем они захотят остаться. И Олег совершенно не против, чтобы они жили с нами.

— Наши дети не будут жить с твоим хахалем, — цежу ей сквозь зубы.

— Наши дети сами решат, с кем они останутся. — Она повышает тон, и сейчас в ее голосе слышится сталь. — Я все сказала тебе, Юра. Надеюсь, нам удастся развестись мирно и не прибегать к помощи адвокатов. — Аня поднимается с места.

 — Подумай о моих словах, а мне уже пора в Москву. Олег ждет. Дети завтра в город с тобой возвращаются. Объявим им о нашем разводе вместе, когда ты переваришь информацию и успокоишься.

И она уверенно, цокая по паркету каблуками, удаляется из кабинета, шумно закрыв за собой дверь.

Я откидываюсь на спинку кресла и опускаю тяжелые веки.

В какой? В какой именно момент между нами все пошло не так?

Я каждый день звоню Ане, и мы подолгу разговариваем обо всем на свете. На новое свидание я ее пока не приглашаю, потому что отчаянно ищу работу с ежедневной оплатой.

В итоге кое-как мне везет, и по объявлению в газете я устраиваюсь водителем в магазин. И тут я мысленно благодарю своего инструктора по вождению, который, увидев, что я на дороге быстро схватываю, порекомендовал мне заодно получить категорию прав, позволяющую водить грузовые автомобили. Сейчас мне это пригодилось.

Спустя две недели ежедневных телефонных разговоров и активных поисков работы, я приглашаю Аню сходить после учебы в кафе, и она тут же соглашается.

Я снова встречаю ее возле института с букетом роз.

— Ой, Юр, не стоило… — Густо краснеет.

— Еще как стоило! Я настаиваю.

Аня нерешительно забирает у меня цветы, а я беру ее за руку и веду в кафе, которое присмотрел, еще когда был тут в прошлый раз. Мы сидим напротив друг друга, Аня ест десерт, а я суп. Мои попытки вести такой же непринужденный разговор, как эти две недели по телефону, терпят крах, потому что Аня сильно смущена. Каждый раз, когда я пристально на нее смотрю, она сжимается и краснеет.

Для конца октября на улице не так уж и холодно, к тому же нет дождя, и, выпив по кружке чая, мы с ней отправляемся гулять в небольшой парк тут поблизости. Я не выпускаю Анину руку из своей, рассказываю ей различные смешные истории из своих школьных лет и задаю ей вопросы о ее приключениях во время каникул. Мне нужно как-то ее завлечь, разговорить, чтобы она перестала слишком зажиматься в моем присутствии.