Онлайн-библиотека книг
Там было человек двести.
- Маменька, - голос Михаила был преисполнен тревогой, волнением и радостью. - Позвольте представить вам мою невесту - баронессу Мадлен де Вивьер.
Я робко подняла глаза и встретила взгляд, преисполненный любовью, нежностью и поистине материнской заботой.
- Мишенька, сыночек! Мадемуазель Мадлен! Добро пожаловать!
Дальше я смутно помнила, что нам сунули каравай, я отломила его хрустящую корочку, макнула её соль и сморгнула слёзы. А потом меня обняла мама Миши, и я смогла спрятать своё заплаканное лицо у неё на плече.
62
Я пришла в себя, только в комнате, которую мне выделила матушка Михаила – Наталья Александровна. От волнения у меня даже затряслись руки, и я сцепила их в замок, стараясь унять дрожь. Софи поселили рядом со мной, за что я была благодарна хозяйке этого прекрасного дома. Мне нужно хорошенько рассмотреть его, как только представится возможность.
На душе стало тепло и уютно, как только я увидела иконы в серебряных окладах, висевшие в углу спальни – истинно русская особенность, радовавшая взор и сердце.
Вся обстановка просто кричала о достатке хозяев, я бы даже сказала о богатстве, но ничего вычурного или аляповатого в ней не наблюдалось и оставалось лишь отдать дань вкусу Натальи Александровны, ведь по словам Михаила, весь дом был в её подчинении.
Драпировка спальни была выполнена из *штофа лавандового цвета – от пышных занавесей на окнах, до надкроватного балдахина. Даже сидения на стульях были обиты этой же тканью. В комнате находились большая кровать, два изящных кресла, ночной столик, на котором лежало Евангелия и красивый шкаф темного дерева. Кроме этого, в будуарной части стоял чайник столик с мраморной столешницей, и я с восхищением взяла в руки одну из кружек сервиза «тет-а-тет» - предназначенного для двух персон.
В дверь постучали и, поставив кружку на место, я отозвалась:
- Да! Войдите!
Это была Наталья Александровна собственной персоной, а за ней маячил слуга, держащий в руках таз с кувшином.
- Знаю, что хотите умыться с дороги, мадмуазель Вивьер, - сказала женщина и протянула мне белоснежное полотенце и кусок душистого мыла. – Освежиться перед ужином.
