Извращенная гордость

Нино присоединился ко мне через пару минут.

— Самолет Маттео и Ромеро прибыл тридцать минут назад. Они скоро будут здесь.

— Хорошо. Знак доброй воли для Луки.

— Он все еще недоволен похищением. Но теперь, когда мы вернули Серафину и дали его брату и капитану шанс принять участие в пытках, он, вероятно, вернется. Нам не нужен конфликт с семьей. Наряд начнет атаковать достаточно скоро.

— Приготовь клетку для боя. Два противника. Смертельный бой. Завтра. Самое позднее на следующий день.

Нино схватил меня за плечо.

— Римо. Мы не можем позволить тебе играть со своей жизнью сейчас. Ты нужен нам сильным.

Я встал и криво улыбнулся ему.

— Если хочешь, чтобы я был сильным, дай мне кого-нибудь убить. Я хочу крови. Я хочу калечить и убивать. И я не рискую своей жизнью. Я уничтожу каждого гребаного человека, который войдет в чертову клетку в качестве моего противника.

— Это не заставит тебя скучать по ней меньше.

Я бросился на него в слепящей ярости. Впервые в своей гребаной жизни я напал на брата.

Нино блокировал мой кулак и сделал шаг назад, и я резко остановился, осознав, что делаю.

Джерри убежал, и мгновение спустя Фабиано ворвался внутрь, но замер, увидев меня и Нино лицом друг к другу, стоящими почти грудь к груди.

— Черт, — прохрипел я, делая шаг назад. Я протянул руку с татуировкой, ладонью вверх. Молчаливое извинение, единственное, на что я был способен. Фабиано повернулся, оставив нас одних. Нино взял нас за руки, моя рука на его татуировке, на его шрамах, а его ладонь на моей.

— Ты прошел через огонь ради меня, Римо, — сказал он тихо, умоляюще, — Но ты должен знать, что я сделал бы то же самое ради тебя. Я бы не попросил тебя отослать ее обратно, если бы знал… и я пойду прямо на территорию наряда и верну ее, если ты этого хочешь.

— Я не этого хочу.

— Она не вернется к тебе по собственной воле.

— Пусть будет так. А теперь найди кого-нибудь, кого я смогу убить, и организуй гребаный смертельный бой.

Нино сжал мою руку и отпустил.

— Мне кажется, впервые в жизни я завидую твоему отсутствию эмоций.

ГЛАВА 20

• ────── ✾ ────── •РИМО— Если они не прибудут в ближайшее время, я начну без них. Мне плевать, оскорбляет это Луку Витьелло или нет, — прорычал Фабиано, стоя над отцом, который лежал на боку на земле с заклеенным ртом и связанными руками и ногами. Он уставился на сына широко раскрытыми от ужаса глазами.

— Они будут здесь с минуты на минуту, — пробормотал я.