Извращенная гордость

Сэмюэль протянул руку, и я взяла ее. Мы вместе спустились вниз, и Сэмюэль крепче сжал меня, когда внимание переключилось на меня. Люди старались быть осторожными, но терпели неудачу. Там были все младшие боссы, даже Данило. Он стоял в стороне, рядом с баром, потягивая янтарный напиток. Наши глаза на мгновение встретились, но потом я отвела взгляд.

Сэмюэль оставался приклеенным ко мне. Моя тень, мой защитник, но даже его суровый взгляд не мог остановить жалостливые взгляды или шепот, а люди еще даже не знали о моей беременности.

Я была известна как Ледяная Принцесса, предназначенная стать ледяной Королевой рядом с Данило.

Теперь я была девушкой, которую осквернил Римо. Мужчины едва могли смотреть на меня. Каким-то образом я стала причиной всех их неудач.

Рука Сэмюэля на моей пояснице дернулась, и один взгляд на его лицо сказал мне, что он был близок к потере контроля.

— Потанцуй со мной, — попросила я.

Сэмюэль кивнул с легкой, натянутой улыбкой и обнял меня, затем напрягся, когда мой все еще плоский живот прижался к нему.

Он опустил глаза, и на его лице промелькнула мука, прежде чем он успел ее скрыть. Как будто он уже видел мою беременность, когда она была еще надежно спрятана. Я крепче сжала его, и, наконец, он встретился со мной взглядом. Мы начали танцевать. Все глаза были устремлены на нас.

Сэмюэль выдержал мой взгляд, потому что был на грани потери контроля. Один взгляд на других и он сорвется.

Я улыбнулась ему, и он расслабился. Я тоже чувствовала на себе взгляды. Можно было практически услышать шепот. Несколько девушек моего возраста, которые всегда обижались на меня за мой статус, выглядели почти… торжествующими, счастливыми видеть мое падение.

Я подняла подбородок выше, злясь, а затем беспокоясь… потому что, как все эти люди будут относиться к моему ребенку?

После трех танцев папа взял инициативу в свои руки, и Сэмюэль отошел в сторону, чтобы посмотреть.

— Ты прекрасна, голубка, — тихо сказал он. Выражение его лица было спокойным и сдержанным. Его публичное лицо. Мама тоже выглядела уравновешенной и элегантной, когда стояла рядом с Софией, Анной и Валентиной.

— Спасибо, папа, — сказала я и добавила. — Прости, у меня нет для тебя подарка.

Я не выходила из дома с тех пор, как вернулась, и, честно говоря, совершенно забыла купить подарок. Мой ум был занят слишком многими другими вещами.