Извращенная гордость

— Мои братья защитили бы их, даже если бы твоя семья убила меня.

Я положила руку рядом с ним на спинку кровати, нависая над ним.

— Никто не защитит их так, как ты. Ты пройдешь через огонь ради них.

Я не спрашивала. Я знала это.

Он неловко поднял руку, большая часть которой была забинтована, и обхватил мой затылок. Я позволила ему потянуть меня вниз.

— Ради них. Ради тебя, — прошептал он яростно, резко, сердито.

Его губы коснулись моих, и все мое существо растаяло. Я упала, как в первый раз, когда он поцеловал меня.

Вздрогнув, я отстранилась и выпрямилась. Было слишком рано. Мне нужно было разобраться в наших отношениях.

Он смотрел на меня с горькой улыбкой. По какой-то причине это зрелище поразило меня. Я наклонилась и слегка коснулась его губ своими, чтобы показать ему, что мой уход не означает «никогда», только «позже».

Я быстро отступила назад и повернулась.

— Ты мне их покажешь? — тихо спросил он.

Я оглянулась через плечо.

— Конечно.

• ────── ✾ ───м─ •Я крепко прижала к себе Грету и Невио и толкнула дверь.

Затем я вошла. Я необъяснимо нервничала. Моя семья никогда не смотрела на моих детей так, как я смотрела на них, как будто они были драгоценным, подарком, который я хотела лелеять каждый день.

Когда я подошла поближе, взгляд Римо остановился на наших детях, и он не отвел глаз, выглядя почти ошеломленным. Я села рядом с ним и осторожно положила Невио на спину рядом с Римо. Грета все еще крепко прижималась ко мне.

На лице Римо отразилось удивление, а когда он поднял на меня глаза, они были мягче, чем когда-либо.

Он протянул забинтованную руку и почтительно провел кончиком пальца по груди Невио. Невио, будучи Невио, схватил палец Римо и поднес его ко рту, чтобы пожевать с беззубой ухмылкой. Губы Римо дрогнули. Потом он поднял взгляд на Грету, которая с любопытством наблюдала за ним.

— Она стесняется большинства людей, — сказала я. Она всегда была такой, даже когда была крошечной и новорожденной.

Я взяла его руку, чтобы она увидела, как я это делаю, и поднесла к ней.

Когда она не стала возражать, я отпустила руку Римо, и он погладил ее по спине кончиками пальцев. Он был так нежен и осторожен с ней, что я чувствовала, как смесь счастья и тоски поднимается в моем горле. Грета молча наблюдала за ним. Знала ли она, что он ее отец?

Слезы текли по моим щекам. Римо гладил Грету по спине, а Невио отгрызал ему палец, это было самое прекрасное зрелище, какое я только могла себе представить.