Извращенная гордость

Среди обломков валялась боксерская груша, и Римо смотрел на нее так, словно она лично оскорбила его. Он тоже был в боевых шортах и больше ни в чем.

Воспоминание о том, как он держал меня под душем, как я прижималась к нему совершенно голая, всплыло на поверхность. В то время я мало что заметила, и даже сразу после этого, но сейчас мой взгляд скользнул по показавшимся твердым мускулам, многочисленным шрамам, которые говорили о его жестоком прошлом и настоящем. Каждый дюйм Римо кричал об опасности. Его рост, мускулы, шрамы, но еще хуже глаза.

Они нашли меня, и, как всегда, было трудно встретиться с ними. Рядом с Римо чувствуешь себя омегой в стае волков. Твои глаза хотели избежать его взгляда из-за глубоко скрытого первобытного импульса, потому что Римо являлся альфой. Ошибки быть не могло.

Адамо отошел от меня, подошел к дивану, плюхнулся на него и взял контроллер. На кофейном столике перед ним лежал пистолет.

Римо подошел ближе.

— Адамо, — отрезал он, указывая на пистолет. Черт подери!

Адамо схватил его и сунул под ногу.

— Я даже не знаю, как им пользоваться, — солгала я.

Римо мрачно улыбнулся.

— Ты хорошая лгунья.

Его кожа блестела от пота, как будто он не потрудился принять душ после тренировки.

— Почему ты позвал меня? У тебя запланирована еще одна пытка для меня?

Римо взглянул на мою рану, его лицо застыло, острые скулы и сжатые челюсти.

— На кухне есть еда и что-нибудь выпить, если только ты не предпочитаешь крепкие напитки.

Он кивнул в сторону бара слева от меня, где ожидало потребление множество бутылок, большинство из которых были наполовину полны.

Я определенно не напьюсь, пока меня держит в плену Каморра.

— Я могу свободно ходить по дому? — спросила я.

Римо ухмыльнулся.

— Не думаю, что мы достигли такого уровня доверия.

— Мы не достигнем никакого уровня доверия, Римо.

В коридоре за моей спиной раздались шаги, и я обернулась, но не настолько, чтобы потерять Римо из виду. Я предпочитала держать его в поле зрения. Как будто он точно знал, что я делаю, уголок его рта дернулся вверх.

Савио вошел с надменным видом.

— Есть кое кто, кто починит боксерскую грушу.

Римо оторвал от меня взгляд.

— И это заняло у тебя четыре часа?

— Уладил кое-какие дела, пока я был там. — сказал Савио, пожимая плечами.

Римо неодобрительно покачал головой.

— Однажды я всерьез потеряю на тебе свое дерьмо.

Савио не выглядел обеспокоенным, и я сомневалась, потому, что он был таким же бесчувственным, как Нино.