Выражение их глаз может означать только одно: игра началась.
Эйден оборачивается, и его мутные глаза встречаются с моими. Ему не нужно искать меня, будто он точно знает, где я стою. Несмотря на то, что выражение его лица непроницаемо, я почти уверена, что его мысли совпадают с моими.
Началась настоящая война.
Глава 10
Эйден
Прошлое
Я прошел по всей длине подвала, насколько позволяли цепи. Они гремят позади меня, их тяжелый звон единственный звук, окружающий меня в надвигающейся темноте.
Понятия не имею, ночь сейчас или день.
Дома я ассоциировал темноту с ночью, но, похоже, в этом месте нет ощущения времени.
Красная женщина не появилась.
Я не уверен, обнимет ли она меня или ударит по лицу, говоря, чтобы я вернул ее сына.
Есть еще девочка, похожая на куклу, — Эльза. Прошло много времени с тех пор, как она приходила.
Время здесь так перепуталось. Такое чувство, будто я в ловушке два месяца.
Может меньше. Может больше.
Мама часто говорила, что когда ты свободен, время летит незаметно, но оно замедляется, когда ты в ловушке.
Тогда я ее не понимал, но теперь понимаю. Время в этом смысле странное. Время бесконечное и короткое одновременно.
Дверь медленно со скрипом открывается. Я останавливаюсь, цепи тоже, но медленно и с шипением.
Это девочка.
Красная женщина не открывает дверь медленно, она врывается, иногда пробуждая меня ото сна.
Тихие шаги Эльзы эхом отдаются в пустом подвале. Она приносит с собой свет — и это не только из-за ее фонаря.
Это ее присутствие. Ее маленькие тапочки с кроликами и крошечное платье пижама.
От нее пахнет зефиром, медом и началом весны. Если у света есть запах, то это Эльза. Так же, как мама пахнет теплом.
Иногда я задаюсь вопросом, разговариваю ли я с воображаемыми людьми, такими как мама. Я думал о куклах Сильвер и Кимберли, а затем оживил их, чтобы я мог оставаться спокойным.
Папа говорит, чтобы ты всегда был спокоен. Эмоции могут стать падением. Совсем как моя мама. Он говорит, что она слишком много испытывает, и поэтому много плачет.
Думаю, она много плачет, потому что ему не недостаточно.
Эльза на цыпочках подходит ближе, накидывая одеяло мне на плечи. Поскольку я выше, она напрягается и раздраженно пыхтит, дуя на свои золотистые пряди.
Мои губы дергаются, когда я опускаюсь, чтобы она могла сделать это должным образом. Она торжествующе улыбается и роняет сумку на пол. Сегодня бутерброд и бутылка сока.
— Я сделала это за спиной дяди Агнуса, —
она прикладывает палец к губам. — Не говори ему.
