Я окинула взглядом его торс, мышцы, шрамы, татуировки и, как обычно, мое тело наполнилось тысячами бабочек. Не успел он снова лечь, как мои руки уже блуждали по его груди.
Он приподнялся, чтобы позволить мне исследовать. Его взгляд был прикован к моему лицу, но я не сводила глаз с пальцев, которые гладили его грудь, а затем касались сосков.
Он выдохнул, и я повторила движение, радуясь, что могу пробиться сквозь холодное поведение Нино таким легким прикосновением. Это придавало сил.
— Как насчет того, чтобы избавиться и от твоей рубашки? — пробормотал Нино, протягивая руки к подолу моей рубашки.
Я приподнялась, чтобы он мог стянуть ее через мою голову.
Его глаза прошлись по моему телу, задержавшись на груди, а затем его губы вернулись к моим, когда его пальцы потянули мой сосок через кружево. Он помог мне снять лифчик. Пальцы и губы ласкали мою грудь, плечи и живот, оставляя за собой жгучую потребность. Несмотря на потребность моего тела, я замерла, когда Нино потянулся к моим трусикам.
До сих пор он прикасался ко мне через ткань. Это давало мне иллюзию безопасности.
Я приподняла бедра, и Нино принял мое приглашение, но его глаза остались на моем лице, когда он обнажил меня перед своими глазами. Его ладонь погладила мое бедро, затем медленно поднялась по нему, двигаясь по маленькими прядями темных волос между моих ног. Я затаила дыхание, когда его большой палец впервые без преград коснулся моего бугорка. Выгнувшись, я застонала.
Его палец проворно поглаживал мои складочки, но он ни разу не нырнул между ними.
Я не была уверена, насколько хорошо он читал меня… если он понимал, что наличие его пальцев так близко к моему входу царапали поверхность болезненных воспоминаний. Нино подошел к краю кровати и раздвинул мои лодыжки. Я знала, что он собирается сделать, и попыталась расслабиться.
Он растянулся между моих бедер, его татуированные бицепсы напряглись, когда он широко раздвинул меня. Мой центр сжался, а затем мои бедра, когда он опустил свой взгляд на мой центр.
— Страх? — спросил он тихо, напряженно. Этого я не боялась. Он никогда не делал этого со мной.
— Нервы, — призналась я.
— От чего? — его дыхание окутало мой влажный жар, и я задрожала от предвкушения, нервов и желания. Это было трудно объяснить.
— Понятия не имею.
Он наклонился вперед.
— Это пойдет тебе на пользу, Киара. Постарайся сосредоточиться на моем языке и губах. Не думай ни о чем другом.
