Извращённая любовь

Высокий низ оставлял голыми ноги и большую часть задницы, а кроме участков, прикрывающих грудь и между ног, прозрачное черное кружево открывало больше, чем прикрывало.

Я никогда не видел ее такой. Дело было не только в наряде, дело было во всем. Обычно прямые черные волосы, спадающие пышными локонами по спине, накрашенное лицо с дымчатыми глазами и блестящими красными губами, мили золотой кожи и изгибы, навсегда запечатлевшие себя в моем мозгу.

Я был зажат между тревожной похотью - она была сестрой моего лучшего друга, черт возьми, - и необъяснимой яростью от того, что другие мужчины видят ее такой.

Глаза Авы расширились от тревоги, когда она заметила меня.

- Алекс? Что ты здесь делаешь?

- Я пытался остановить его, - задыхаясь, проговорил Очкарик. Живое доказательство того, что худоба не равна физической форме.

- Он пришел за тобой, детка. -  Джулс прислонилась к дверному проему, ее янтарные глаза светились весельем. - Кстати, ты выглядишь супер сексуально.

- Вы не увидите фотографии, - процедил я. - Никто не увидит фотографии. - Я сдернул одеяло с кровати и набросил его на плечи Авы, укрывая ее.

- Мы уходим. Прямо сейчас. И Блонди удалит все фотографии, которые он сделал с тобой.

У нее отвисла челюсть.

- Нет, я не удалю, и нет, он не удалит. Ты не можешь говорить мне, что делать. - Она сбросила одеяло на пол и с вызовом приподняла подбородок. - Ты не мой отец или брат, и даже если бы ты им был, ты не имеешь права решать, чем я занимаюсь в свободное время.

- Он фотографирует тебя полуобнаженной, - огрызнулся я. - Ты знаешь, насколько разрушительными они могут быть, если они просочатся? Если их увидит будущий работодатель?

- Я сама вызвалась, - огрызнулась она в ответ. - Это будуарные фотографии. Художественные. Люди делают это все время. Я же не обнажаюсь для порносайта. Как ты вообще узнал, что я здесь?

- Упс, - сказала Джулс позади нас.

- Ты с таким успехом могла … - У меня закипела кровь  - Одевайся.

- Нее-ет, - Взгляд Авы усилился, и она растянула слово «нет» до тех пор, пока в нем не стало двух слогов.

- Эй, чувак, я не хотел ничего плохого. -  Блонди нервно усмехнулась. - Как она сказала, это искусство. Я отредактирую его так, чтобы ее лицо было в тени, и никто не мог сказать, что это она.