Извращённая любовь

- Я в порядке, - сказал я, обхватив себя руками. Мой голос казался хриплым и неуверенным. - Правда.

Это только еще больше разозлило его.

- Если бы ты посещала уроки крав-мага, как я просил, он не смог бы так загнать тебя в угол. - Голос Алекса был мягким. Убийственым. Я вспомнила его лицо, когда он разбил лицо Лиама до неузнаваемости, и дрожь пробежала по моему позвоночнику. Я не боялась, что Алекс причинит мне боль, но вид всей этой силы был нервирующим.

- Ты должна научиться защищать себя. Если бы с тобой что-нибудь случилось…

- Я хорошо защищалась.

- Я поджала губы. Я не видела Лиама на торжестве, но там было так много людей, что я не смогла бы выделить его в толпе. Бриджит добилась для меня приглашения на бал, чтобы я могла пообщаться с выпускником, который несколько лет назад был стипендиатом WYP. Мы отлично пообщались, но я устала от светской беседы с остальными гостями гала-вечера и уже собиралась уходить, когда Лиам загнал меня в угол в гардеробной.

Сегодня он тоже был под кайфом. Я видела это по его расширенным зрачкам и маниакальной энергии.

Он никогда не употреблял наркотики, когда мы были вместе, по крайней мере, я об этом не знала, но что бы он ни принимал, это заставляло его колебаться между приступами ярости и печали.

Несмотря на его поступки и слова, я не могла не испытывать к нему жалости.

- На этот раз. - Челюсть Алекса сжалась. - Кто знает, что может случиться в следующий раз, когда ты останешься одна?

Я открыла рот, чтобы ответить, но не успела вымолвить и слова, как образы и звуки врезались в мой мозг, лишив меня дара речи.

Это не имело значения. Важно было только то, что я плакала. Огромные, тяжелые рыдания, от которых сопли текли из носа и болел живот. Густые соленые ручейки стекали по моим щекам и капали с подбородка на пол.

Может быть, я наконец-то сломалась, раскололась на части, чтобы мир увидел. Я всегда знала, что я ненормальная, и с моим забытым детством и кошмарами, но мне удавалось скрывать это за улыбками и смехом. До этого момента.

Мои кошмары обычно случались только во время сна.

Они никогда не захватывали меня, когда я бодрствовала.

Может быть, выброс адреналина после того, что случилось с Лиамом, запустил что-то в моем мозгу. Если бы мне пришлось беспокоиться о часах бодрствования и сна…

Я прижала ладони к глазам. Я теряла сознание.

Прохладная, сильная рука коснулась моего плеча.

Я вздрогнула, в спешке вспомнив, что я не одна. Этот кто-то засвидетельствовал мою внезапную унизительную неудачу.