Извращённые cердца

Сидеть с ней на коленях было чертовски приятно. И ее реакция была милой, когда я обнял ее, а она напряглась в шоке, и через мгновение смягчилась.

— Джемме не позволят продолжать заним аться боевыми искусствами, как только она будет обещана. Большинство мужчин не позволяют своим женщинам ничего подобного, особенно традиционалисты.

Диего пожал плечами, но посмотрел на меня так, что мне совсем не понравилось.

Диего уже припарковался у обочины, когда мы с Тони вышли из школы в последний день перед летними каникулами.

Диего сразу же поехал, сигналя, когда несколько ребят недостаточно быстро переходили улицу.

— Плохое настроение? — спросила я.

— Еще нет. Но сегодня это, вероятно, изменится.

Он имел в виду свою тренировку с Савио. Диего хотел, чтобы я держалась от него подальше, и за последние четыре месяца ему это удалось.

— Мик велел мне передать тебе привет.

Мои брови сошлись вместе.

— Эм…хорошо. Передай ему привет в ответ, что ли?

Диего покачал головой, бормоча что-то себе под нос.

Как только мы вошли в ресторан и увидела папино лицо — я поняла, что мне не понравится то, что он скажет.

Я опустилась рядом с ним, и он поцеловал меня в висок. Диего скользнул в кабинку рядом со мной. Дверь в кухню распахнулась, и оттуда вышла Нонна с сковородкой в руках.

Папа прочистил горло.

— Джемма, я больше не могу ждать. Нам нужно найти для тебя хорошего человека. Кто-то, кто позаботится о тебе.

Папа говорил так, будто я старая дева, а не просто шестнадцатилетняя девочка.

Нонна поставила сковороду на стол и понимающе улыбнулась мне.

— Но, Пап, ты же знаешь, что я хочу…

— Ты хочешь Савио Фальконе, мы все это знаем, — пробормотал Диего. — Словно он был вторым пришествием Христа.

Нонна ударила его по голове и пробормотала себе под нос короткую молитву.

Диего потер это место, пригнув голову на случай, если Нонна решит, что ему необходим второй удар.

— Это правда; и то, как она ведет себя с ним, просто позор.

Лицо папы посуровело, и он устремил на меня неодобрительный взгляд.

— Как ты себя ведешь?

— Я ничего не делаю, — сказала я, тоже наклонив голову посылая Диего сердитый взгляд.

В чем была его проблема? Обычно он меня не сдавал.

— Надеюсь, ты не делаешь ничего такого, что может опозорить нашу семью, мой ангел.