Так отчётливо, что теперь точно узнаю этого человека.
Не понял.
А почему они вместе?
И зачем моя суррогатная мать жалуется ему, что не может купить себе кофточку?
Хочу встать, подойти и потребовать объяснений.
Но я остаюсь на месте. Отворачиваюсь и пересаживаюсь так, чтобы меня не заметили. Внимательно слушаю двоих, играя в чёртового шпиона.
Когда вообще такое было?
– Странный он, – тянет мужик. – Ты всё же его ребёнком беременна. Мог бы и подкинуть баблишка.
– Да он мне уже давал. Причём много. Ты, блин, сам их тратил, между прочим.
Машину мы на что купили, ипотеку я погасила? А тебе, братец, я мощный компьютер купила, чёртов ты задрот. Потому что тебя жаба душила!
Мне кажется – или сейчас мои глаза вылетают из орбит?
Как она его назвала? Братцем?
Это у него такое прозвище среди врачей или как?
– Плюс маму в санаторий отправила. Ты, кстати, ей звонил?
– Мамуля хорошо поживает. Отдыхает, попивает коктейли. Сказала, что навсегда остаться там хочет.
Где Вита?
Она бы сейчас меня остановила, чтобы я случайно не подорвался и не ударил кого-нибудь по лицу.
Хоть пока ничего и не понятно.
Я держусь.
Сжимаю стеклянный стакан пальцами. И включаю диктофон на телефоне, чтобы разговор записался. На всякий случай.
Если мои опасения сбудутся – я собираюсь отсудить у этой суки свои бабки. Мне не жалко, но кажется, меня развели как самого настоящего лоха.
– Ну, вот. Деньги нужны. А скряга этот не даёт. Представь, он мне тысячу прислал. Говорит, на витамины и аскорбинку.
– Хоть тысячу.
За чужого ребёнка столько бабок получить – только моя сестра способна.
Каждое слово набатом бьёт в голове.
За****ь.
Они что, издеваются надо мной?
Всё же мои опасения сбылись. Меня нагрели.
Ребёнок не мой.
И только сейчас осознаю, что брат с сестрой, чтобы поиметь бабок, подделали ДНК-тест – и теперь сосут с меня деньги. Я правильно понимаю?
Но чёрт!
Помимо злобы и ненависти, я чувствую облегчение.
Не мой!
Не будет жить малыш в ненависти и равнодушии. Я ведь себя не знаю.
Не в курсе, как отреагировал бы на нелюбимого и нежеланного ребёнка.
– Ну, так сестрёнка – гений, – хихикает Лена. Вот… Цензурных слов на неё не хватает. – Ничего. Сейчас прикинусь больной. Пойду к другу твоему, Пашке. Скажет, что у меня там проблемы, денег дофига надо. Ну и, если что, в долю его возьмём. Этот миллиардер столько отбашляет за карапуза. А потом, как родится, сбагрим. Я получу оставшуюся часть и… заживём!
Офигела вообще?
Чуть не подскакиваю.
