Она, можно сказать, не просто сотрудник, но и моя подруга. Кто ещё в два часа ночи привезёт мне отчёты и просмотрит их вместе со мной, а потом, сделав кофе, уснёт на диване? И я ведь не прогоню.
Поэтому надо будет как-то аккуратно у неё это узнать.
Вдруг там какой-то придурок?
Или познакомить с кем-то из своих знакомых.
А вдруг отношения завяжутся? Нет. Тогда она влюбится, голова засорится – и не видать мне моей собранной и ответственной крошки Виталины.
– Поехали.
Встаю, хватаю ключи от машины и свой пиджак.
Телефон убираю в карман брюк. Мешается что-то. Достаю какую-то ткань и… тут же сую назад. Чтобы Вита случайно не увидела. Нет, мне стыдиться нечего, но… Не выставляю свою личную жизнь напоказ.
Чёрт, надо вернуть.
Но наша встреча только через два дня.
Ладно, подождёт. Может, ещё что перенесу.
А пока едем в ресторан. Приезжаем рано, заказываем кофе. Пока ждём – приходит сообщение от неизвестного контакта. На личный номер.
«Добрый вечер, Эмир. Это я, Лена, ну, мы с вами…»"
"А-а-а, суррогатная мать.
Чтобы скрасить ожидание, откидываюсь на спинку дивана и пишу ответ:
«Я понял. Как самочувствие?»
Я не люблю фамильярности. И вообще, когда кто-то на этот номер телефона пишет. Даже Богданова себе такого не позволяет.
Ответ приходит незамедлительно.
«Отлично. Когда мы встретимся?»
Смелая.
Я хоть таких и люблю, но… Иногда мне кажется, что они не видят границ. Как Лена. Я ведь сказал, что позвоню. А она выходит на связь первая.
«Что-то произошло?»
«Нет. С чего вы взяли? Но я уже скучаю по вашим рукам…»
Подхалимка.
Она резко начинает мне не нравиться.
Но тут же вспоминаю её тельце в своих руках. Срывающийся от криков голос…
«Встретимся завтра», – пишу, руководствуясь каким-то желанием. Вспоминаю жаркую ночку – и всё начинает дымиться.
Ещё хочется. Поэтому порывисто рушу весь свой график. Откладываю телефон на стол, и, смотря на вход ресторана, где появляются наши, возможно, будущие партнёры, говорю Виталине:
– Исправь расписание. Меня завтра вечером не будет.
– Но я уже всем… – она пытается возразить, но к нам уже подходят.
Я встаю, протягиваю руку Петру Самойлову. С неприязнью. Мне этот тип не нравится. В первую нашу встречу отказывался продавать мне акции.
– Добрый день, – врубаю дружелюбие.
Он кивает. Садится на стул напротив и тут же на Виталину взгляд кидает. К ней обращается.
– Рад вас снова видеть, – улыбается не только губами, но и глазами.
Сажусь обратно и сверлю Петра взглядом.
