Я могу быть такой же жестокой, как он. И если для того, чтобы освободиться от Платона, нужно избавиться от ребенка, то я готова пойти на это. Мне не нужен Платон Хромов как вечное напоминание о собственной глупости.
Нет больше страны розовых пони. Ее сожгли захватчики. Бессердечные варвары убили жителей, уничтожили поселения. А потом вдруг решили, что сделали это все зря. И что выжженная земля должна зацвести. А убитые — воскреснуть. Потому что они так хотят. Но так не бывает.
Я не хочу с ним разговаривать еще и потому, что, не доверяю себе.
Я не знаю, как отреагирует мое тело на его близость. И проверять у меня нет ни малейшего желания. Когда-нибудь я встречу того, кого захочу целовать, кому захочу принадлежать. Кто будет вызывать у меня то же ощущение, что и он. А если даже и нет, я уверена, я найду, чем заняться в жизни. Но не буду скулить у мужика под дверью, почему же он меня не любит.
На кухню заходит мама. Окликает меня:
— Лена! Там приехал Игорь Хромов, хочет с тобой поговорить.
Даже сочетание звуков этой фамилии раздражает.
— Надеюсь, он один?
— Да.
— Ты ведь понимаешь, что для меня нет смысла в разговорах? Теперь?
— Если ты так настроена, то должна поставить точку. Сама.
Отхлебываю остывший чай из чашки, отставляю ее в сторону.
— Хорошо, я поставлю.
— Он ждет тебя в гостиной — летит мне вдогонку."
"Иду туда. Мне не хочется выяснять отношения, но как иначе добиться, чтобы меня оставили в покое? Мне больше сейчас ничего не надо.
Мужчина стоит у такого же окна, у которого только что сидела я. И точно также смотрит в него.
Услышав мои шаги, оборачивается:
— Здравствуй, Лена.
Несмотря на то, что его голос звучит доброжелательно, я сразу понимаю, что не нравлюсь ему. Меня это не удивляет — я испортила репутацию его компании, его сына, да, по большому счету, и его самого.
— Здравствуйте. Зачем Вы пришли?
Мне непонятна цель его визита, но он начинает говорить. И мне все становится ясно.
— Вам с Платоном нужно поговорить. Между вами возникло недопонимание, которое следует быстрее разрешить. В твоем положении…
Каждое его слово направлено на то, чтобы загнать меня в угол. Он целиком и полностью на стороне своего сына. А мои интересы его не волнуют. Всё для того, чтобы Платоша снова получил желанную игрушку и довольно заагукал. Но мной играть нельзя. До меня доходит очевидная истина — мне повезло, что мой отчим — Давлатов.
