Девушка скрывается в автомобиле, а я остаюсь с Давлатовым. Так себе компания.
Как только мы остаемся с ним одни, он замечает насмешливо:
— Беспокоится.
Отчим Еленки провожает отъезжающий автомобиль глазами и предлагает:
— Пойдем пройдемся, — и направляется по парковой аллее. Вряд ли у меня есть выбор, поэтому следую за ним.
Некоторое время мы идем в тишине, скрипя по снегу ботинками. Мороз к вечеру крепчает.
— Скажи мне, Платон, передавал ли тебе отец мои слова?
— Я так понимаю Вы сейчас о своем обещании оторвать мне голову, если я трону её? — уточняю, хотя можно было бы этого и не делать.
— Значит, передавал… Тогда, что ты здесь забыл сегодня? Или думаешь, я шучу?
Взгляд у мужчины леденеет, становясь еще более неприятным.
— Мне и в голову не приходило, что Вы будете шутить такими вещами, — невесело усмехаюсь я.
Есть отчего пригорюниться. Этому типу ничто не помешает отдать приказ пристрелить меня, а труп выбросить в какую-нибудь речку. И не найдут меня ни папа, ни мама.
— И что ты делать собирался?
Молчу.
Что ему отвечать, если сам не знаю? Вернее, знаю, трахаться. Но так, наверное, тоже отвечать не стоит.
— Платон, мой тебе совет — хорошо подумай, прежде чем что-то сделаешь. Потому что потом, когда начнешь жрать локти и думать, как все исправить, может стать поздно. Выкинешь еще пару фортелей, и Лена в твою сторону больше не посмотрит. А по поводу локтей, это не пустой трёп, а то через что прошел я сам. Только у меня получилось. Сам не знаю, каким чудом. Не факт, что получится у тебя.
На этой оптимистичной ноте он разворачивается и уходит, а я еще долго стою на пронизывающем ветру, переваривая его слова.
Не то чтобы я проникся вываленной на меня мудростью. Девчонку за ее выходку я все равно накажу. Похоже для этого еще не пришло время.
Окончательно замерзнув, я уехал домой. В Хамовники. Последнее время обитал только там.
И разозлившись на себя за месяц воздержания, позвонил и заказал проститутку. Мне нужно расслабиться. А современный мир предоставляет для этого всё необходимое.
Хочешь — заказываешь ужин. Хочешь — продажную любовь.
Я устроился в кресле, когда заказанная девушка вплыла в комнату, виляя бедрами. Короткое платье выставляло на показ длинные ноги, а декольте — немаленькую грудь. Роскошные светлые волосы струились по плечам до талии. Миловидное личико и большие голубые глаза не допускали мысли о профессии, которой она занимается. Вот тебе еще один урок, Платон — все не такое, каким кажется.
