Он во мне…
Зажмуриваюсь от боли и сжимаю пальцы на руках и ногах.
Ох, черт! Это же самый настоящий ад! Кому вообще это может нравиться? Я больше никогда не буду…
– Посмотри на меня, Аня, – хрипит Никита, но у меня нет сил открыть глаза. Пусть уже сделает, что должен и все прекратится. – Аня… Давай, малышка, расслабься. Ты делаешь только хуже.
Но я не могу. Где это гребаное волшебство? Типа, первый раз с тем самым должен быть замечательным, и ты тут же начинаешь получать удовольствие. Где вся эта дичь? Очередная утка для тупых?
– Я не могу…
– Ты меня чувствуешь?
– Да…
Нет… Я чувствую лишь дискомфорт и боль…
– Аня, открой глаза.
Расслабь мышцы, – шепчет он мне на ухо.
Вдыхаю полной грудью, наполняя легкие его запахом. Медленно поднимаю веки, и ко мне, наконец, возвращаются остальные ощущения. Небывалый огонь в глазах напротив. Не черный. Золотой. Такой яркий, что не передать и не описать.
Чувствую, как Никита дрожит всем телом. Задыхаюсь от количества эмоций, которые боль пропускает, отходя в сторону.
Никита, словно слышит мои мысли, и неспешно движется. Через пару секунд привычный мир исчезает. Начинаю понимать, что именно происходит, и не хочу останавливаться.
Никита молчит, но это к лучшему. Он ориентируется на мой отклик. Не представляю, как у него получается, но он становится спокойней, когда нужно, и резче, когда мне этого хочется. И я чувствую это. Удовольствие единения тел. Не душ. Они все еще спрятаны по своим углам, но уже смогли увидеть друг друга. И этого больше, чем достаточно.
Только сейчас. Он мой. Я его. Полностью. Так, как могу.
Привыкаю к ритму. Вливаюсь в темп. Каждое движение умножено на два, потому что я отдаю все, что есть. Никита поднимается, придерживая меня за спину. Внизу живота накаляется та самая пружина. Пустоты нет. Только насыщение. Грубые пальцы в волосах сжимаются в кулак. Губы об мои. Тепло. Страстно. Холодно. Жестко.
Я не хочу его отпускать. Кричу, больше не сдерживая голос, и ему это нравится. Это наш момент. Без прикрас и фальши. Чистый кайф.
Безумное месиво из чувств. Уже не разобрать, что и где. Сколько. Как долго продлится. Это все не важно. Мне все равно. Только бы…
– Никита! – выкрикиваю имя, которое ощущается слаще, чем поцелуй.
– Да, малышка… Ты сможешь так? Или помочь?
Не понимаю смысла, до тех пор, пока одна из его рук не протискивается между нами. Думаю, что до этого была громкой, но ошибаюсь. Это невыносимо. Кажется, не выдержу еще и минуты. Ломка. Мышцы содрогаются от его прикосновений.
