Комнату окутал черный туман. На стенах, полу и потолке появились огненные пентаграммы. В центре комнаты раскрылся огромный глаз с щупальцами.
Медленно зрачок сфокусировался на Распутине.
— Нет-нет! — тут же замахал руками он и показал пальцем на Захара. — Вот его! Он согласен!
«ТВОЯ СИЛА ТЕПЕРЬ В ЖИЗНИ!» — раздался голос, после чего щупальца обвили Захара и поднесли к глазу. Раздался сильный вой. Словно ветер проник в переулок и создал этот жуткий звук.
Через несколько минут, когда глаз полностью пропал, а Захар стоял на ногах, к нему подошел Распутин.
— Ну… Как себя чувствуешь?
Генерал хаоса поднял руку и та медленно начал тлеть, укорачивая срок жизни тела. Однако ожоги начали пропадать. Лицо также преобразилось и стало прежним.
— Ого, я и не думал, что ты такой красавчик, — хмыкнул Григорий, кивнув на зеркало.
Захар подошел к отражению. Провел рукой по щеке и хищно улыбнулся.
— Скажи, Распутин, тебе под силу узнать, где впервые был обнаружен Михаил Кузнецов после пропажи?
— Думаю, это не займет много времени, — кивнул тот, и парочка направилась в другой зал, напичканный новейшей техникой.
Глава 10
Чудес не бывает
Загородное поместье рода Бердышевых.
Ранним утром граф Ростислав Бердышев вышел на крыльцо. Снег покрыл всю территорию перед домом. Дворники только приступили к работе с дальней стороны от КПП. Граф вдохнул прохладный воздух и закрыл глаза. Жены спали. Денис у друзей на дне рождения.
— Ростислав Тихомирович, — раздался сонный голос Андреева. — Вы же простудитесь.
Может, заварить вам чай?
— Лучше кофе, Василий, — кивнул тот.
Помощник графа слишком долго служил роду и понимал, когда господин хочет остаться наедине. Андреев ушел, и граф спустился босыми ногами на еще не приученный снег. Только он сделал пару шагов, как в кармане тихо запищал телефон. Удивившись столь раннему звонку, Ростислав Тихомирович достал трубку, и его на губах дрогнула улыбка. Звонил Дима.
Он знал, что сын сейчас в Японии с Михаилом, а также ему было известно, зачем они туда намылились.
Как бы Дима не скрывал от него Мику, граф в деле конспирации собаку съел. И уж точно сына он знал слишком хорошо, чтобы понять — в нем что-то поменялось.
Принцесса Японии, мягко сказать, излишне крута для Димы, но чем черт не шутит? К тому же, пару дней назад ему звонил секретарь Императрицы Сёкен, и в его словах он не услышал категоричного «нет».
— Здравствуй, сын, — ответил Бердышев-старший.
— Отец, привет, не поздно?
— Нет, что ты? Только встал.
