У нас тут снег в Москве… — улыбнулся граф и поднялся на крыльцо.
— У нас ночь… Слушай, пап, я завтра иду на прием к Императору Японии. Он что-то хотел от меня. Миша сказал, что все в порядке, но не раскололся…
— Не волнуйся, уверен, ты справишься. К тому же ты достаточно умен, чтобы вести беседы с Императорами, — попытался успокоить его отец.
— Ты сам-то не против? — неуверенно спросил Дима. — Что я могу жениться на Мике?
— Почему я должен быть против? Ты же любишь ее? Я так же женился и на твоей маме, и на маме Дениса.
Тебе выбирать спутницу жизни.
— Спасибо, — голос стал чуточку спокойнее. — А так вообще, как дела? Миша говорил, что Денис тренируется у Валерия?
— Да, есть такое. И у него большие успехи, правда, приходит иногда с синяками… Как там у вас? Все хорошо?
— Да, все более менее. Сейчас мы в апартаментах Императора с рыцарями Михаила.
Недалеко в лесу раздался хлопок и волна энергии всколыхнула свежий снег.
— Сын, давай я тебе перезвоню, хорошо?
— Что-то случилось?
— Нет, все хорошо, не переживай.
Гвардейцы чудят…
— Хорошо, пока пап! Привет маме.
Как только граф убрал трубку, его лицо приняло серьезное выражение. Заглянув в дом, он схватил свою неизменную трость и вышел на крыльцо. Деревья трещали, но гостя пока не было видно.
Бердышев достал клинок из трости и пошел к источнику шума. Андреев также почувствовал неладное и уже в форме вышел из дома.
— Что это, Ростислав Тихомирович?
— Не знаю. Поднять гвардию. Я чувствую присутствие магии хаоса.
— Есть!
Андреев скрылся за дверью, и через несколько секунд завыла сирена.
В это же время из леса вышел…
— Миша? — прищурился Бердышев. — Что ты тут делаешь?
Гвардейцы в боевой готовности выбегали из-за угла дома.
— Спокойно, отставить! — рявкнул Бердышев. — Михаил, как ты тут оказался?
— Как оказался? — театрально приложив руку к подбородку, произнес тот. — Телепортировался…
— Ого, уже научился?
— Научился? — пробубнил тот и пошел к графу. — Занятно…
По мере того, как он подходил, у графа возникало странное чувство.
Тревожное. Скребущее изнутри. Каждая частичка кричала, что надо бежать."
"— Кто ты? — выставив вперед клинок, произнес граф.
— Как кто? Я Михаил Кузнецов, — развел руками парень.
— Нет, ты не Михаил.
— Уверен?
Захар подошел вплотную к клинку и уперся грудью в острие.
— Присмотрись получше, граф, — улыбнулся он. — Я самый что ни на есть настоящий Михаил Кузнецов.
Бердышев на секунду потерял свое знаменитое спокойствие. Рука дрогнула, а брови поползли вверх.
