Я! Еду! Домой! От чужих берегов

Краны, рельсы, по которым они двигались между штабелями, грузовики, длинные низкие транспортеры для перевозки все тех же контейнеров, и везде мусор, горы мусора, летающего, катящегося по бетону, скопившегося в кучи в углах.

Судно сначала скорее угадалось, чем увиделось сквозь занавес дождя. Серая угловатая громада, пришвартованная в самом конце причала и возвышающаяся над ним своим покатым бортом на добрый десяток метров, наверное. Неприступно возвышающаяся. Что подтвердилось окончательно, когда мы проехали вдоль него: никаких трапов и сходен не наблюдалось.

Ничего, только гигантского размера надпись с названием компании-владельца – во весь борт, белым по синему, а не по серому, как показалось сначала. И загружено оно не сильно, ватерлиния над водой высоко-высоко, так что забраться на этот борт и мечтать незачем.

– Надо подумать,– сказал Сэм, разворачивая машину.

– А что нам еще остается,– добавил я и повторил его маневр.

Еле заметное сквозь занавес дождя судно было молчаливо и негостеприимно, как туда попадать – надо еще придумать.

А где мы будем думать, стало понятно сразу: прямо напротив пришвартованного судна, метрах в тридцати, виднелся вполне капитального вида домик. Не кирпичный и не бетонный, разумеется, а из легких панелей, как все в этих краях, но все же укрытие. И самое важное – этот домик стоял в некоем «кармане» стены контейнеров, возвышавшихся над ним в три яруса и защищавших от ветра. Очень, очень хорошо, как раз то, что нужно для того, чтобы взять тайм-аут.

Действительно, я «машиной ощутил», как напор ветра стих, стоило подъехать к дому поближе.

Домов было даже два – одноэтажный, вроде конторки, возле которого в рядок выстроилось несколько легковых машин, и второй, побольше, на два этажа, напоминающий собранные в два яруса строительные бытовки с наружными металлическими лестницами, по которым в такой ветер карабкаться совсем не хотелось.

Машины мы втиснули в узкий, на первый взгляд вообще похожий на щель, технологический проезд между рядами контейнеров. Места было оставлено ровно на рельс и катающуюся по нему ногу крана, который наподобие арки катался над штабелями, выдергивая нужное.

Но метров шесть-семь ширины в этой «щели» все же было – такие тут были масштабы.

Встали. Решив, что мокнуть достаточно, я перегнулся через спинку сиденья, покопался в кармане своего рюкзака и выдернул оттуда такой же желтый нейлоновый дождевик, как тот, что был надет на Дрику.

– Выходим? – спросила она, решительно ухватившись за автомат.