Не желая выслушивать от Дэна по поводу Куратова и его сестры, я игнорировал его звонки. И не только его. Отдав несколько распоряжений, выключил телефон и несколько часов, не чувствуя ничего, помимо ярости, гонял по придорожным трассам. Сестра Вандора… Чёрт подери! Из всех баб, что были в моей жизни, подпустил я к себе именно эту! Тварь… Породистая высокомерная тварь! Свободы ей захотелось? Поиграть в безродную дочку любящих родителей? Приключений на задницу?
— Иди к чёрту, — рыкнул я, отворачиваясь.
— Сейчас сам к нему покатишься, — вмиг он оказался около меня и, схватив за ворот, дёрнул на себя. — Какого хрена ты молчишь, Макс?! — в голосе его слышалось раздражение. — Ты у меня сейчас так пойдёшь, что…
— А ну хватит! — прикрикнула на нас мать, и Дэн, разжав кулак, сделал шаг назад. Глаза его зло сверкали, челюсти были сжаты, по скулам ходили желваки. Я, должно быть, выглядел не лучше. Может быть, отсиживаться тут в самом деле было далеко не лучшей идеей, но говорить о Марике готов я не был.
Ни о ней, не о её зарвавшемся брате. А Дэн молчать бы точно не стал, и оба мы это знали.
— Что вы как… — махнула она рукой. — Успокоились, оба! Что вообще происходит, скажет мне кто-нибудь?
Уголок рта Дэна дёрнулся в недоброй усмешке. Я глянул на него с предупреждением, и он, хмыкнув, отвернулся. Не дождавшись ответа, мать бросила на стол пригоршню ложек, и те, звякнув, разлетелись в стороны.
— Это что? — Лиза, переодетая в мягкие вельветовые штаны и белую футболку, вновь появилась на кухне.
В руках она держала пакет с окружённой вензелями буквой «А». У меня даже из головы вылетело…
— Привёз тебе подарок, — бросил я, глядя на неё.
А ведь действительно выросла… Внезапно я посмотрел на неё совершенно иначе — не как на младшую сестру, а как на вполне взрослую, оформившуюся девушку и почувствовал очередной прилив раздражения. Её длинные каштановые волосы были собраны в высокий хвост, футболка плотно обтягивала грудь, глаза были подведены чёрным, на губах — перламутровая помада.
Чёрт! А ведь она всего на три года младше Марики! Был бы я её ровесником… Захотелось подтащить сестру к раковине, включить воду и стереть с её лица всю эту боевую раскраску, чтобы ни у одного паршивца в школе не возникло даже мысли о том, чтобы… Чтобы сделать с ней всё то, что мы делали с Вандоровской сестрицей.
— Не нужны мне твои подарки, — её синие глаза блеснули.
