И куда, спрашивается, мама смотрела и охрана? Нет, мама — женщина, может отвлечься, но эти-то что?!
Ага, вижу, к Верочке я попаду гораздо раньше, чем собирался — и опять совсем не в героическом образе. Хотя, может, пожалеет и приласкает? Помню, мы как раз на этом остановились, когда нас прервали.
А вот и она, свет очей моих. Все такая же секси, в обтягивающей юбочке. Эй, хватит меня тащить! Я сам могу. Но нет. Уложили, что-то галдят, а у меня молния внутри уже вовсю работает. Только как-то медленно, заторможено. И сил вообще нет, будто весь эфир пролюбил.
— Как вы себя чувствуете? — наконец-то пробился ее голос через шум. Нежная рука уже лежала на моей голове, посылая волны тепла. Рядом с ней стояла мама и смотрела на меня… ну, я не знаю, как на кого. В ее взгляде читалось одновременно желание меня обнять и прибить. Так обычно на меня смотрел отец перед тем, как хорошенько врезать. Но она — не он. Эта, если даст по морде, то я улечу куда-то за Урал. И самое главное, я не мог понять, чем прогневал любимую родительницу.
Нас, понимаешь, убить пытались, а виноват я, что ли?
— Уже лучше, — сказал я, улыбнувшись. Открыто флиртовать при маме было верхом неуважения. Еще Ольге расскажет. — Кто на нас напал?
— Ты, — мама так же положила руку мне на лоб и стало прямо совсем хорошо.
— Надеюсь, их пойма… В смысле, я?!!"
"— В прямом. Это ты разнес полигон, перед этим уничтожив неуничтожимый, как я раньше думала, щит. Питающие его артефакты просто перестали существовать, разлетевшись на куски от перегрузки.
А стены и прочее — это остатки удара. Я, конечно, успела поставить щиты, но их тоже снесло. Хорошо, что волна, уничтожив барьер, сильно ослабла, и нам прилетело по остаточному принципу.
— Прекрасно. Кто-то совершил якобы невозможное, но причем тут я? Во время медитации я даже не магичил. Нет, я пытался, но ничего не получалось.
— Интересно, если это — то, что у тебя не получилось, то что будет, когда получится?
— Не знаю, что будет, потому что я не знаю, что было.
— Вот и расскажи мне о том, что произошло за мгновенье до взрыва.
Что ты видел или сделал?
— Да ничего не видел. Висел в пустоте и пытался воззвать к стихии огня. А она не взывалась почему-то. Я тужился и сильно, а потом появилась красная искра и у меня заболел живот. Она стала мешаться, ну, я ее и прогнал.
— Как прогнал?
— Если дословно, то на хрен послал.
— В смысле, на хрен? — широко раскрыла она глаза.
— В прямом. Так и сказал — пошла на хер отсюда! А дальше грохот и булыжник в морду.
