Негоже герою войны бегать по дворцу в исподнем. Жду тебя через полчаса в своем кабинете. -потом он окинул меня взглядом. — Ладно, через час. И приведи себя в порядок. Пойдемте, а то он так и будет тут стоять и сверкать на весь дворец голым задом.
— У меня зад прикрыт, — возмутился я им в спину, но не особенно громко.
— Пошли, — Катя взяла меня за руку. — Я тебя теперь от себя ни на шаг не отпущу.
— Что с Ольгой? Как девчонки? Нормально добрались?
— Нормально все у них. А Оля спит. Как ее привезли, так и не просыпается.
Что только ни делали — не выходит.
— У нее магический сон. Чуть в себя приду — все проверю и разбужу.
— А ты сможешь?!!
— Конечно. Это же я сделал, чтобы она не мучилась, пока её организм восстанавливается.
— Ты хочешь сказать, что стал сильней наших лекарей?!!
— А ты в этом сомневаешься? Да я крут как Эверест и силен, как твоя хватка на моей руке!
— Аргумент, — признала она.
— И сколько я провалялся?
— Пять дней, как тебя привезли во дворец. Жуть вообще. Ты метался в бреду, у тебя был жар.
А однажды вообще дышать перестал — думали, все — умер. А ты раз — и задышал. Потом магичить начал — окружил себя щитами, мама еле пробилась через них. Что с тобой стало, братик?"
"— А черт его знает. Снилось, наверное, всякое, вот и чудил. Так, стоять, бояться — куда намылилась?
— С тобой.
— В душ? Я как-нибудь сам справлюсь.
— А если ты опять пропадешь?
— Не пропаду.
— Ты уже это говорил и не сдержал слова! Я с тобой.
— Катя, ты вообще себя слышишь? Ты собралась в душ с парнем.
В душе моются голыми. Понимаешь, к чему я клоню⁈
— А мне пофиг, — покраснела она.
— Укушу, — пообещал я. — Максимум, можешь стоять перед дверью и держать в руках полотенце.
— Тогда не закрывай ее, чтобы я все видела.
— Эй, а как же личное пространство? А может, я стесняюсь.
— Плевать. Или так, или идем вдвоем.
— Боги, куда я попал! Заберите меня обратно, — простонал я, начиная припоминать, как мастерски она может выносить мозг.
Быстро скинув исподнее, я, больше не обращая на нее внимания, залез в душ, сразу включив максимально горячую воду.
Клубы поднявшегося пара скрыли меня от нее, а после, спохватившись, я повесил еще и воздушную линзу перед собой, искажая вид.
Нет, я не стеснялся — отвык от этого, но этой малявке еще рано такое видеть. Хотя, какая она малявка — в шестнадцать лет тут уже спокойно выходили замуж и женились. И все же по-другому я ее воспринимать не мог. Мелкая извращенка, и все.
