Я из Железной бригады

Царь как раз находился ко мне спиной, обходя этот стол, видимо, собираясь присесть за него, вот я и подкинул. Надеюсь, вышколенная охрана все же не заметила, ибо за мной никто не побежал, да и позже не задержали. А уж как пришлось утянуть мундир, чтобы не заметили спрятанное под формой, не передать словами. Вытащить оказалось проще, чем пронести, народу много, вытянул так, что никто и не заметил.

В канцелярии мне выдали все полагающиеся документы и подсказали, где справить новую форму. Кстати, а ведь мне повезло получить настоящие награды, а не те висюльки, что начнут выдавать уже в следующем году.

Пока еще, хоть уже и наполовину разбавленные, но первые две степени Креста за храбрость были из золота, а остальные из серебра. Пояснили мне, как согласно статуту знаков отличия их правильно носить, там столько нюансов было, заманаешься все помнить. При полном банте, как у меня, носить только первую и третью почему-то. Если произведут в офицеры и наградят офицерским орденом Георгиевского креста, эти уже не носить. Ну и так далее. Был порадован тем, что мне всерьез увеличили жалованье, вроде как раза в полтора. Приятно. А вот то, что форму нужно было шить самому, удивило. Я ж не офицер или придворный, думал, что низшим чинам выдают. Ан нет, заказывайте сами, господин подпрапорщик, повседневную, на фронте выдадут, а парадку будьте любезны построить лично.

Эх, вот теперь бы я поговорил с тем моим первым командиром, прапорщиком Шлеменко. Попробовал бы он на меня замахнуться или на ты что-то вякнуть. Все, ко мне нельзя теперь с кулаками, заслужил, так сказать.

И как тут не любить этикет и правила? Ха, вот если бы избранно их употреблять…"

"Отпуск окончился быстро, я едва успел сделать пару насущных дел, это мне на войне пригодится, да отдохнул чуток. По бабам не ходил, хватило и одного взгляда на местных работниц старейшей профессии, чтобы, нервно сглотнув, уйти прочь. Блестящие от кокаина глаза, марафет такой, что актрисы из немецкой порнухи девяностых, причем из самой «грязной», выглядят милыми домохозяйками, по сравнению с внешним видом местных жриц любви.

Как-нибудь обойдусь, тем более на фронте о них и вовсе не вспоминаешь. Нет, вру. Последний раз в лазарете, это когда царапину от пули обрабатывал, мое мужское естество встрепенулось было, понравилась мне одна сестра милосердия, чего скрывать. Но блин, тут сейчас не знаешь, как и подкатить-то. Все как-то сложно, нет, не люблю правила!

За время отпуска и прогулок сделал я еще одно нужное и важное дело.