Тогда я смог отбросить в сторону все другие чувства и довести начатое дело до конца. Но сейчас никто и ничто меня не сдерживает, поэтому я откровенно пялюсь на ее обнаженное бедро.
Асэна хмурится, следит за направлением моего взгляда и вспыхивает. Изящная ладонь дергается, и она быстро сжимает ткань в кулаке, натягивая подол обратно. Я усмехаюсь – всё такая же стыдливая, ничего не изменилось. Я ведь и правда знал о ней все – привычки, слабости. Это было нужно, чтобы бить всегда в цель. И я не промахивался."
"– Куда ты пялишься, раб? – Выкрикивает она возмущенно, но я никак не реагирую, продолжая танцевать.
Асэна повторяет вопрос громче, добавляя пренебрежительное «эй». Я останавливаюсь.
– Всего лишь думал, что вы намекаете на то, чтобы я удовлетворил вас… госпожа.
Асэна сначала непонимающе смотрит на меня, а потом резко соскакивает с подушек.
– Придурок!
Она подлетает ко мне, хватает за рубаху и впечатывает в стену, обдавая ароматом иланг-иланга и теплого женского тела. Ее колено врезается между ног таким образом, что любая попытка сдвинуться приведет к тому, что я останусь без яиц.
Я предусмотрительно замираю – боевая подготовка у Асэны всегда была на высоте. Она сильнее сжимает кулак, натягивая футболку и практически оголяя мою грудь. Горячее дыхание опаляет кожу, и я с трудом сглатываю.
– Еще одна подобная шутка и будешь сидеть на привязи, Эл, – рычит Асэна мне практически в лицо, одновременно сильнее надавливая коленом на пах.
– Если вас это заводит, госпожа, то я готов даже есть из миски, – не получается удержаться от шпильки.
Ее глаза сверкают бешенством, и удовлетворение теплом разливается по моим венам. Я больной ублюдок. Прошли годы и ничего не изменилось.
– Подумаю над твоей просьбой.
Она также резко отпускает меня, толкает в сторону и выходит из комнаты. Я одергиваю одежду, а в голову приходит совершенно дурная мысль. А что если бы Асэна действительно заставила заняться с ней сексом? Был бы я против?
Глава 7
Асэна
Я выбежала из комнаты, на ходу остервенело дергая подол туники.
Дело было даже не в пошловатом намеке Эла, а в том, как его раздевающий взгляд подействовал на меня. Я замечала его и раньше, еще в академии, и он сбивал с толку. Не уверена, что Розвуд сам это осознавал, но иногда к ненависти в его глазах примешивалось какое-то другое чувство. Такое же темное и неправильное. Я всегда отмахивалась от него, не желая анализировать. Именно так планировала поступить и сегодня.
Не прошло и часа, как я вошла в приемную клиники.
