– Лефевр, у тебя сегодня выходной, – донеслось в спину, заставляя скривиться.
Марика возглавляла отделение антропологических изысканий и была первостатейной сучкой. Она, как и Роми, часто подшучивала над тем, что у меня нет рабов. Вот только ее шутки не были добрыми.
– Я очень предана работе, – бросила я, даже не поворачиваясь.
Марика усмехнулась.
– А я думаю, причина в том, что в твоей жизни нет ничего , кроме работы. Бедная Лефевр всё никак не может влиться в приличное общество, – протянула она противным голоском и обошла меня, якобы случайно толкнув плечом.
Я остановилась и сконцентрировалась на ее спине и голове. А потом быстро догнала ее и положила руку на спину, мысленно посылая приказ расслабиться и уснуть. Ноги Марики подкосились, и она едва успела схватиться за стену, прежде чем растянуться посреди коридора.
– Вот ты сука, Лефевр! – Проговорила она, еле ворочая языком и борясь с накатывающим сном.
– От суки слышу.
Пожав плечами, я обошла ее и направилась к лифтам, чтобы спуститься в свое отделение.
Особо буйных пациентов содержали на минус 3-ем этаже. Только двери лифта разъехались, как уши наполнили возбужденные голоса. Чьи-то руки выдернули меня из кабины.
– Асэна, хвала Вселенной, ты здесь! Я собиралась звонить тебе.
– Что случилось, Лира?
– Ардо.
Одного имени было достаточно, чтобы я стремглав бросилась в отсек особого содержания. Туда обычно попадали пациенты, которые плохо поддавались медикаментозному воздействию.
Другими словами – мой рабочий кабинет.
Ардо когда-то был рабом Марики, но после первого же срыва она от него избавилась. Новой хозяйки для него не нашлось, поэтому большую часть времени он был занят на общественных работах в деловом квартале Амид-зу. Раз в несколько месяцев его привозили ко мне «поправить голову». Вот только последний приступ у парня был совсем недавно – буквально недели три назад.
Я со всей силы стукнула по панели, словно это могло ускорить процесс.
Дверь медленно начала отъезжать в сторону, и я протиснулась в образовавшуюся щель. Ардо был примотан к кушетке белыми ремнями, его тело била мелкая дрожь.
– А ну-ка иди сюда, красавчик, – подлетев к нему, я просунула руку под голову и приподняла.
– Почему голову не зафиксировали, Лира? – Раздраженно бросила за спину.
– Не успели, – медсестра развела руками.
– Ладно, иди, – я зарылась пальцами во взмокшие волосы и попыталась установить контакт.
