Он принялся бесцеремонно рассматривать Стасю, не задумываясь, как это выглядит со стороны, но отмечая, как при этом вспыхнули щеки девочки.
«Надо же, какие мы нежные!» – мелькнуло у него в голове.
Девочка была одета в черное шерстяное платье простого кроя, единственным украшением которого была черная атласная лента. Она перехватывала тонкий стан Стаси под грудью. Ниже ленты платье свободно ложилось и доходило практически до колен стройных ног.
Длинные каштановые волосы заплетены в тугую косу, которая была перекинута наперед, слегка прикрывая левое полушарие небольшой девичьей груди.
Впрочем, Аравин не имел понятия, какая грудь должна быть у девочки-подростка.
Лицо юное и свежее. Аккуратный носик, пухлые губы, острый подбородок. Но Егора привлекли глаза. Большие и выразительные. Самого обычного зеленого цвета, но была в них какая-то глубина.
«И все же, сколько ей лет?»
– Узнал хоть? – едко перебила его размышления баба Шура.
Вопрос заставил Аравина оторваться от созерцания девочки. Он недовольно покосился на бабушку, удивляясь, насколько вредной может быть эта женщина.
Ему стало интересно, как Стася с ней уживается. Потому что внешняя кукольность его не обманывала. Он был уверен, что характер у девчонки еще тот! В атмосфере, что ее взрастила, не выживают наивные барышни, верящие исключительно в единорогов и «розовые сопли».
Но баба Шура никогда не жаловалась на девчонку. Впрочем, жалобы женщины противоречили бы ее командирскому характеру.
– Пора ехать, – наконец скомандовал Аравин и, резко развернувшись, широким шагом покинул теплое помещение.
Глава 3
Большой человек – ты чей то ангел-хранитель, пойми...
© Баста feat. Полина Гагарина - Ангел Веры
Три молчаливых фигуры стояли у одинокой могилы. Слов не было. Только тихая грусть и застывшие слезы на глазах Александры Михайловны. «Железная» бабушка выглядела сейчас просто несчастной женщиной.
Вдали закаркала ворона, и Стася поморщилась – атмосфера была мрачной. Девочка абсолютно не воспринимала ситуацию. Она не понимала, зачем люди вообще приходят на кладбище.
Это место пустынное и безликое. И если бы не фотография улыбающейся Алисы на мраморном надгробье, Стася бы никак не сопоставила холодную плиту с умершей девушкой. Он жила в ее воспоминаниях. И традиция посещения кладбища казалась Стасе бредовой."
"Чтобы хоть как-то отвлечься, Стася украдкой наблюдала за Егором. Открытое пространство поселкового кладбища совершенно не защищало от ледяных порывов бушующего ветра.
