. расплакалась.
Удушающий ком сдавил горло Аравина. Стася вывернула его наизнанку. Содрала защитную оболочку.
Ему не следовало любить ее. Но он любил.
Обнял Стасю в ответ. Провел рукой по волосам в успокаивающем движении.
– Не плачь.
– Я не плачу, – всхлипывая, отвечала девушка.
Слезы Стаси всегда странным образом воздействовали на него. Они останавливали все его мысли и действия. Но сегодня особенно тяжело от ее рыданий.
– Бл*дь, не плачь, Сладкая, – не задумываясь, растирал ее спину ладонями. Прижимался губами к волосам.
А она отчаянно цеплялась за него и продолжала плакать. – Я прошу тебя, не плачь.
– Я не плачу, – судорожно вдыхая холодный воздух, пыталась задержать дыхание. Остановить поток слез. – Я не плачу. Я скучаю по тебе, – дрожь прошлась по спине Егора. – Я так сильно скучаю! – горячее дыхание Стаси сквозь мокрую футболку опалило его грудь.
– Уже?
– Прям с этой секунды.
– Я вернусь.
– Обещай, что будешь звонить и писать каждый день? – тесно прижималась подрагивающими губами к его ключице.
Впитывала в себя его божественный аромат.
– Обещаю.
Приподнимая лицо Стаси руками, скрепил клятву крепким поцелуем. Дыхания не хватало, пока судорожно цеплялись губами. Потребность в близости пересиливала все разумные мысли. Губы Стаси – соленые от слез, но все такие же вкусные для него.
Он не представлял, как выдержит пять месяцев без нее.
Аравину захотелось начать этот день заново, и снова пережить все эти ощущения. И плохие. И хорошие.
Со Стасей ему было сложно. Но без нее вообще невыносимо.
Сбавляя обороты, Аравин скользнул губами к ее щеке. Остановился. Тяжело втягивая воздух в легкие, и призывая всю свою хваленую выдержку к обороне. Защите Стаси от себя.
– Твой запах... хочу его на своей коже, – прямолинейно прохрипел ей на ухо.
Девушка судорожно вздохнула и обняла его до невозможности крепко. Горячее тепло ее дыхания устойчиво обдало лаской его шею.
Она бегло поцеловала его подбородок. Уголок раненой губы. Скулу. Губы."
"– Я люблю тебя, – порывисто выдохнула его Сладкая Заноза.
– Помни об этом.
А потом она ушла.
И внутри Аравина опять туда-сюда забродили тени. Снова заскулил ненасытный зверь. Кто-то накрутил шкалу его чувств еще выше. Между ним и Стасей словно невидимая нить протянулась.
Она была его. А он ее. Но они не являлись единым целым.
Глава 22
Хочешь, сердце я сердце отдам, хочешь душу, и душу продам.
Если крови захочешь, то пей, для тебя ничего мне не жаль.
Может быть, я стою на краю, может быть, значит это судьба.
